Просроченные баллоны и сотрудники без оформления: что вскрыл суд по делу о взрыве в кафе «Центр плова»

Дело рассматривается судьей Бурабайского районного суда Асель Ильясовой.

На скамье подсудимых — арендатор кафе, директор автогазозаправочной станции и доставщик газа. Действия первого квалифицированы прокуратурой по ч. 3 ст. 292 УК РК (нарушение требований пожарной безопасности лицом, ответственным за их соблюдение, повлекшее по неосторожности причинение тяжких последствий и тяжкого вредя здоровью человека, а также смерть более двух лиц). Второму и третьему подсудимым вменяется ч. 3 ст. 306 УК РК (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью более двух лиц, а также смерть человека).

Нарушения в кафе

Как следовало из обвинения прокурора Елены Сайлаубековой на первом судебном заседании, в кафе работали 32 сотрудника, из которых двое осуществляли трудовую деятельность в нарушение миграционного законодательства, а 10 лиц были допущены к работе без заключений трудовых договоров. Газовые баллоны хранились не в специальном помещении, как это должно быть, а кухня примыкала и была совмещена с общим залом для посетителей, что противоречило требованиям безопасности и создавало повышенную угрозу жизни и здоровью лиц, находящихся в заведении. Газовое оборудование эксплуатировалось без заключения обязательного договора на его техническое обслуживание.

— В результате пожара кафе «Центр плова» полностью сгорело. Изъятые из кафе после пожара пять газовых баллонов, в том числе разорвавшийся, были с истекшими сроками эксплуатации более 20 лет и не проходили техническое освидетельствование с момента их выпуска, что предусмотрено требованием по безопасности. Так, согласно заключению комплекса пожарно-технической и взрыво-технической экспертиз, технической причиной взрыва явилось образование взрывоопасной газовоздушной смеси в помещении кафе «Центр плова», произошедшее в результате утечки газа при разрыве стенки газового баллона, находившегося в помещении кухонной зоны, и последующее его дефлаграционное взрывное горение. Источником воспламенения взрывоопасной газовоздушной смеси могло стать открытое пламя газовой плиты, что способствовало образованию ударной волны с высокой температурой и привело к воспламенению горючих материалов на месте происшествия, — отметила прокурор.

На автогазозаправочной станции, директор которой также на скамье подсудимых, осуществилась, по данным прокуратуры, незаконная реализация и наполнение как автомобильных, так и бытовых газовых баллонов работниками, фактически не прошедшими обучение и не сдавшими экзамен по соблюдению промышленной безопасности.

«На оказанную помощь купили дом в Акколе»

На сегодняшний день суд ведет допрос потерпевших. У каждого из них своя боль потери близких или же тяжелые ожоговые раны, с которыми придется жить дальше. Вот лишь несколько историй. Одну их них поведала мама погибшей в пожаре сотрудницы кафе — бармена Риты. В тот день, как и всегда, она сидела дома с внуком.

— Вечером 26 февраля разговаривала с дочерью по телефону. Чуть позже мне позвонила племянница и почему-то начала уточнять название кафе, где работала Рита. Но ничего не сказала. У нас есть группа «Родня», вот туда кто-то отправил видео, как горит кафе, — со слезами вспоминает женщина.

Всю ночь она не спала, уложила внука, но не могла оставить его. Тем временем подруга дочери искала Риту в кафе и больнице, но нигде не нашла. Как оказалось, девушка погибла.

— Дочь очень много работала, брала подработку, так как жилье съемное, и нас с внуком она обеспечивала. Работа ей нравилась, хороший коллектив, — добавила мама погибшей.

Гражданский иск она пока не заявляла. Семья получила выплаты в размере двух миллионов тенге от акимата и такую же сумму от кафе. На эти небольшие деньги они сумели с внуком купить домик в Акколе, туда и переехали.

— Теперь у нас нет кормилицы. Органы опеки сказали, что для оформления опекунства над ребенком нужно свое жилье. Спасибо сотрудникам кафе: приезжали, помогли с продуктами на первое время, вещи и игрушки для внука привезли, также помогли с похоронами, — добавила женщина.

«После смерти дочери отказали с жильем»

А вот у мамы погибшей после пожара 22-летней официантки Оксаны проблема с жильем только обострилась.

Женщина вспоминает, как в тот день они созванивались с дочкой: каждая была на своей работе. Вечером ей позвонил молодой человек девушки, который пытался успокоить: случился взрыв в кафе, Ксюша в больнице, но все будет хорошо.

— Вызвала такси и поехала туда. Все время, пока я там была, видела, как привозили и увозили живых и умерших. Потом прибыли врачи из Кокшетау и увезли ее в областной центр. Мы поехали с ними. Почти две недели дочь боролась за жизнь, но скончалась 9 марта, — вспоминает мама.

Пока Оксана лежала в больнице, поддержка поступала из «Центра плова» и акимата. Последний перечислил 2 млн тенге. Администрация кафе помогла закрыть кредит в размере 500 тысяч, а позже также привезла 2 млн.

— Да, у них бывало, что душно, на кухне пахло газом, вытяжка плохо работала. Я спрашивала, почему так. Ксюша сказала, что они уже привыкли. В самом зале были кондиционеры, там запаха не было. С черного входа стояли 2-3 баллона. Газбаллоны были подсоединены к плите. Такое маленькое помещение — и плита стояла, это, конечно, неправильно. Считаю, что надо было ставить электрооборудование, тогда бы дети наши были живы, — продолжает женщина.

С 2007 года семья стояла в очереди на жилье. И вот-вот уже должна была его получить. Но когда дочь умерла, женщине пришел отказ в предоставлении жилья.

— Поэтому я написала иск на 25 млн тенге на покупку квартиры в память о своей дочери, — добавила она.

Огневой поток — и тишина

26 февраля Сайлау Рахимжан приехал вместе с супругой поужинать в кафе. Расположились за дальним столиком и сделали заказ.

— Минут 10 мы ждали, пока принесли первые блюда. И вдруг все услышали глухой хлопок. На кухне раздался громкий звук падающих металлических предметов — посуды. Обернулся посмотреть. Трое официантов забежали на кухню. Три секунды и раздался взрыв. На этот момент я уже ничего не помню, я успел только закрыть глаза и лицо. Был мощный огневой поток, а потом тишина. Я открываю глаза: кафе горит, витражное окно возле нас выбито, я выбежал в него, а потом вспомнил и вернулся за женой, — говорит мужчина.

Вместе с супругой они получили 29% и 19% ожогов тела. Медики отправили их для лечения в Астану, где они пролежали 35 дней. Дальнейшее лечение супруги получают по месту жительства.

— Сначала я хотел предъявить иск к владельцу кафе, но со мной связался его братишка, мы договорились: он оплатил мне лечение и материальную компенсацию. Тогда заявление я отозвал. Однако я узнал, что использовались просроченные газбаллоны. Из материалов дела я прочитал, что газбаллон 80-какого-то года выпуска, поэтому буду подавать иск к директору АЗС. К доставщику газа претензий нет, за техническое состояние баллонов он не отвечает. Но на каждой заправке газбаллон проверяется, прежде, чем заправить, и если просроченный, то не заправляется, — пояснил мужчина.

«Я знала, что это последняя возможность услышать детей»

А вот Зарина Гиясова была на смене 26 февраля как повар холодного цеха и готовила салаты. Девушка вспоминает, что это был обычный день: кафе готовилось к ифтару. Вечером к ним завезли полные газбаллоны, которые поставили возле радиатора.

— Ближе к 10 часам раздался хлопок. Я его даже видела, как отлетел баллон, и такой шум, что о что-то ударился. Побежала сразу в сторону — в зону, где готовят пиццу. И сразу же пошла волна. У меня загорелась одежда, но я успела позвонить маме. Я знала, что это последняя возможность услышать их — у меня двое деток: 4 годика и 15 лет. Но голос я не услышала, я теряла сознание. Как оказалось, мама взяла трубку и кричала в нее: доча, что случилось, — вспоминает со слезами на глазах Зарина.

Девушка очнулась в темноте и дыму и сразу даже не поняла, где она. Вся одежда и волосы были мокрые. Встала и пошла в сторону раздевалки, когда путь ей преградил сотрудник МЧС, крикнувший кому-то, что найдена еще одна выжившая.

— Взял меня на руки и вынес, положил на снег. Сразу все вспомнила. Руки были черные. Меня забрала скорая, а я все спрашивала, что случилось, но они молчали. Я получила ожоги 65%, третьей степени. Руки, лицо, голова, часть шеи, задняя часть туловища, ноги — все тело было обожжено, кроме живота, — рассказывает Зарина.

Девушку отвезли сначала в «Авиценну Бурабай», а после перевели в многопрофильную областную больницу, где она находилась долгое время в реанимации.

— Сколько была без сознания, не знаю, очнулась, как мумия: лицо, тело — все замотано. Глубоко сгорели руки, было две операции, делали пересадку кожи. Я потеряла чувствительность, и думали, что ампутируют руки, но врачи, спасибо им большое, спасли их. Однако сейчас руки не сгибаются, впереди год восстановления, а потом нужна будет еще одна операция… Выписали меня одной из последних — 20 апреля. В больнице я была 2 месяца. И честно, всю эту боль не описать. Со мной рядом в тяжелом состоянии лежали девочки… И когда одной из них не стало, я подумала, что со мной будет то же самое, — добавляет Зарина.

После выписки девушка узнала, что администрация кафе выплатила 250 тысяч за утрату ее вещей, купили телефон, заплатили за квартиру, которую Зарина снимает вместе с мамой, двумя детьми и младшим братом. Для всех них она была единственной опорой. Сколько смог семье помог и брат владельца кафе, поэтому к ним претензий Зарина не предъявляет. Но девушка отмечает: теперь она нетрудоспособна, детей нужно кормить, требуются сильные препараты, а также постоянная оплата жилья. При этом ее мама также не может выйти на работу, так как вынуждена ухаживать за самой Зариной. Сегодня девушка не может самостоятельно ни переодеться, ни покушать. Поэтому Зарина подала иск к директору АЗС и доставщику газа в солидарном порядке.

Это только несколько историй людей, пострадавших в этом страшном пожаре. Но во многих из них рефреном повторяется: официально оформлен не был, с техникой безопасности не ознакомлен, почему газбаллоны стояли кучей у запасного входа, а порой и у радиатора отопления — не знаю, кто отвечал за газбаллоны — тоже.

Очередное заседание с допросом потерпевших пройдет в Щучинске уже сегодня.

Напомним, в ночь с 26 на 27 февраля в кафе в Щучинске произошел взрыв газового баллона. Первоначально сообщалось о гибели шести человек. Позже число погибших в пожаре в «Центре плова» выросло до 12.

По факту происшествия было возбуждено уголовное дело. Также стало известно о задержании владельца кафе «Центр плова».

Также прокуратурой Акмолинской области сообщалось, что расследование пожара в кафе «Центр плова Loft» завершено и дело передано в суд.