Как война на Ближнем Востоке провоцирует стагфляцию — британский эксперт

Главным макроэкономическим последствием текущего конфликта на Ближнем Востоке становится стагфляция — сочетание замедления экономического роста и ускорения инфляции. Такое мнение выразил научный сотрудник британского института международных отношений «Чатем-Хаус» Дэвид Лубин, передает собственный корреспондент агентства Kazinform в Лондоне.

По его оценке, экономические последствия текущего конфликта в разных странах проявляются по-разному. В одних экономиках преобладает инфляционное давление, тогда как в других на первый план выходит замедление роста.

Инфляционный сценарий для США

Соединенные Штаты в большей степени столкнутся с инфляционным давлением, однако риски замедления экономического роста также остаются значительными и могут реализоваться как вторичный эффект — через ужесточение денежно-кредитной политики и реакцию финансовых рынков.

— США являются крупным производителем нефти и экспортером энергии, и хотя американская экономика находится в относительно хрупком состоянии — особенно рынок труда и спрос на рабочую силу — непосредственный эффект, скорее всего, будет инфляционным шоком, — отметил Лубин, выступая в среду на вебинаре о последствиях войны для энергетики и экономики.

При этом инфляционный импульс способен перерасти в более широкое замедление — через реакцию монетарных властей и финансовых рынков. Дополнительное давление создаст снижение благосостояния домохозяйств на фоне просадки рынков.

Если США действительно столкнутся с инфляционным шоком, вполне возможно, что Федеральной резервной системе придется ужесточить денежно-кредитную политику и повысить процентные ставки. Это, безусловно, приведет к резкому замедлению экономики США. Когда американцы ощущают себя беднее, они, как правило, сокращают расходы. Поэтому вполне вероятно, что замедление экономики произойдет не только из-за ужесточения денежно-кредитной политики, но и вследствие падения рынков ценных бумаг, — пояснил эксперт.

Энергозависимость Европы и Азии

В Европе и Азии, где сохраняется высокая зависимость от поставок энергоносителей из Персидского залива, динамика иная. Здесь энергетический фактор напрямую влияет на производственные издержки, инфляцию и инвестиционную активность, становясь ключевым ограничителем экономического роста.

— Существует группа азиатских экономик, которые подвергаются очень серьезному воздействию. Мы уже наблюдаем меры вроде обязательного перехода на удаленную работу, закрытия ресторанов и магазинов, приостановки внутренних авиаперевозок и других экономических ограничений, что, безусловно, приведет к значительным негативным последствиям для экономической активности, — говорит он.

Наиболее уязвимыми Дэвид Лубин считает развивающиеся экономики, которые одновременно зависят от импорта энергоносителей и обладают ограниченными возможностями для бюджетной поддержки. К ним он относит Индию, Бангладеш, Пакистан, Шри-Ланку, а также страны к югу от Сахары, где рост цен на энергию быстро трансформируется в социально-экономическое давление.

Устойчивость Китая и долгосрочные риски

На фоне ухудшения глобальной конъюнктуры Китай, по оценке эксперта, выглядит более устойчиво.

— Китай в очень малой степени зависит от нефти и газа при выработке электроэнергии. Он в основном опирается на внутренние источники — уголь, гидроэнергию, солнечную и ветровую энергетику. Поэтому он относительно защищен от перебоев в поставках нефти и газа, — объяснил Лубин.

Дополнительным преимуществом остаются накопленные резервы и продолжающиеся поставки нефти. Существенную роль играет и различие инфляционных трендов.

— В отличие от США, где инфляция уже превышает целевой уровень, Китай скорее сталкивается с дефляцией. Поэтому рост цен на энергию не является для Китая серьезной проблемой. Китай может позволить себе выдержать инфляционный шок гораздо легче, чем западные экономики, — отметил он.

Расширение спектра рисков и долгосрочные последствия

Эксперт также обратил внимание на более широкий спектр рисков, выходящих за рамки энергетики.

— Важно помнить, что речь идет не только об энергоресурсах. Из региона Персидского залива поставляются удобрения, серная кислота, гелий, продукция нефтехимии, алюминий. Эти поставки также нарушаются, — пояснил он.

В долгосрочной перспективе конфликт на Ближнем Востоке, вероятно, приведет к росту государственных расходов и увеличению долговой нагрузки во всем мире.

— Правительства будут вынуждены увеличивать государственные расходы не только для наращивания обороноспособности, но и для обеспечения устойчивости цепочек поставок, энергетической безопасности и, где это возможно, снижения зависимости от ископаемого топлива, — подчеркнул эксперт.

В заключение Дэвид Лубин предупредил о формировании устойчивой «премии за риск» на энергетических рынках.

— Если Иран и дальше сможет время от времени перекрывать или ограничивать Ормузский пролив, из-за чего будут нарушаться поставки нефти и газа, то это станет постоянным фактором риска для мирового рынка энергии. В результате в цену нефти и газа начнут заранее закладывать этот риск — своего рода «надбавку за нестабильность». Это означает, что энергия может стать дороже не только во время кризисов, но и в целом — на постоянной основе, — заключил он.

Ранее сообщалось, что Таиланд может потерять до трех миллионов туристов на фоне роста цен на топливо из-за ближневосточного конфликта. 

Мы также писали о том, что в Турции стремительно растут цены на топливо.