Главное, чтобы он больше не вышел: семья Нурай Серикбай о пожизненном приговоре

После оглашения приговора мать Нурай едва смогла произнести несколько фраз. Эмоции переполняли женщину, она плакала и с трудом подбирала слова. Пожизненный срок стал тем решением, которого ждала семья, но для матери погибшей никакое наказание уже не может быть соразмерно потере дочери.

— Другого наказания нет. Он должен быть осужден пожизненно и больше не выйти на свободу. Но даже этого наказания он не достоин, потому что он продолжает жить, — сказала мать Нурай.

Брат погибшей Султан рассказал, что именно пожизненного срока семья добивалась с самого начала. По его словам, восемь месяцев, прошедшие после убийства, были посвящены расследованию, сбору доказательств и судебному процессу. Для всей семьи, по словам брата Нурай Султана, вопрос о материальной компенсации с самого начала оставался второстепенным

— Материальные вопросы мы ставим на второй план. Самое главное — пожизненный срок. Для нас это было важнее всего. Конечно, мы рассчитывали именно на такое наказание. Восемь месяцев назад мы начали этот путь и сегодня добились своего. Но впереди еще апелляция, затем может быть кассация. Мы обязательно будем готовиться, — сказал Султан.

Несмотря на завершение рассмотрения дела в первой инстанции, семья не считает юридическую борьбу оконченной. Приговор еще не вступил в законную силу, и родственники Нурай ожидают, что защита Аймахана воспользуется правом на его обжалование.

Говоря о присужденной компенсации, Султан вновь подчеркнул, что деньги для семьи не были целью судебного процесса.

— Нам деньги не важны. Для нас главное, чтобы он не вышел, — сказал брат погибшей.

Отдельно Султан рассказал о реакции матери на решение суда. По его словам, сразу после оглашения приговора ей еще было сложно до конца осознать юридическое значение услышанного.

— Мама пока не до конца осознает произошедшее, ей еще нужно все объяснить с юридической точки зрения. Но она, конечно, рассчитывала на пожизненное. Мы все на это рассчитывали и готовились к такому решению. Самое главное для нас, что наш труд не оказался напрасным, — отметил он.

Во время оглашения приговора Султан, по его словам, специально наблюдал за поведением Шерхана Аймахана. Как утверждает брат погибшей, внешней реакции на назначение пожизненного заключения он не заметил.

— Я специально смотрел на него. Ноль эмоций. Он не осознает и вообще не признает. Даже не чувствуется его вина, — сказал Султан.

Журналисты спросили родственников и о том, пыталась ли семья осужденного после случившегося попросить у них прощения. По словам Султана, искренних извинений они так и не услышали.

— Искренне — нет. Один раз, в самом начале, они приходили, их встречали наши родственники. Но искреннего извинения не было, — рассказал он.

Сам Шерхан Аймахан накануне оглашения приговора выступил с последним словом. Он попросил прощения у родителей и братьев Нурай и заявил, что сожалеет о случившемся. Сам момент убийства, по его словам, он так и не смог вспомнить.

Приговор считаю справедливым — адвокат

Представитель потерпевшей стороны Аянхан Омаров назвал решение суда законным, объективным и справедливым. По его словам, вынесенному приговору предшествовала многомесячная работа, в ходе которой сторона потерпевших добивалась сбора и процессуального закрепления доказательств.

— Считаю, что приговор вынесен законно, объективно, справедливо. Это результат нашего труда. Мы на протяжении семи-восьми месяцев добивались этого, добивались сбора всех доказательств, их закрепления, чтобы доказать именно вину осужденного Шерхана Аймахана, — сказал Аянхан Омаров.

В то же время адвокат подчеркнул, что решение суда первой инстанции пока нельзя считать окончательной точкой в деле. У сторон есть 15 суток для подачи апелляционной жалобы.

— Приговор еще не вступил в законную силу. У каждой из сторон есть 15 дней, в течение которых можно подать апелляционную жалобу. Окончательную точку, по моему мнению, будет ставить суд апелляционной инстанции, поскольку сторона защиты с приговором не согласна и, скорее всего, с их стороны будет подана апелляционная жалоба, — отметил адвокат.

Что касается гражданского иска и размера присужденной компенсации морального вреда, Омаров пока не стал говорить, будет ли эта часть решения обжалована потерпевшей стороной.

— По этому вопросу я сейчас однозначно ничего сказать не могу. Мне необходимо посоветоваться с семьей Нурай. В целом лично я приговором удовлетворен, — сказал Аянхан Омаров.

Защита изучит приговор

Защита Шерхана Аймахана уже подтвердила, что согласна с решением суда не в полном объеме. Окончательное решение об апелляции адвокаты примут после получения и изучения текста приговора.

— С приговором мы частично не согласны. После получения и изучения приговора будем решать вопрос о подаче апелляционной жалобы, — сообщил адвокат Шерхана Аймахана Есболат Курманбаев.

Таким образом, рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции завершилось, но сам судебный процесс может продолжиться уже в апелляции. Для семьи Нурай главным итогом 13 августа стало решение, которого, по словам родственников, они добивались с начала расследования, — пожизненное лишение свободы для Шерхана Аймахана.

Ранее сообщалось, что 13 августа Специализированный межрайонный суд по уголовным делам Шымкента признал Шерхана Аймахана виновным в похищении, преследовании и убийстве Нурай Серикбай с особой жестокостью. По совокупности уголовных правонарушений ему назначено пожизненное лишение свободы с отбыванием наказания в учреждении уголовно-исполнительной системы чрезвычайной безопасности.

Суд также частично удовлетворил гражданский иск потерпевшей стороны. С Аймахана взыскали 25 млн теңге компенсации морального вреда и 5 млн теңге расходов на услуги адвоката. Требование о возмещении материального ущерба оставлено без рассмотрения с разъяснением права семьи обратиться с ним в порядке гражданского судопроизводства.

Ранее суд Шымкента частично удовлетворил гражданский иск семьи Нурай Серикбай. Осужденный Шерхан Аймахан должен выплатить 25 млн теңге в качестве компенсации морального вреда и 5 млн теңге расходов на оплату услуг адвоката.