Астана — Дели: центры глобального роста экономики Евразии

Хотя казахстанско-индийские отношения насчитывают уже более трех десятилетий, нынешняя поездка приходится на момент, когда двусторонняя повестка заметно расширяется и постепенно выходит за рамки традиционной торговли.

За тридцать с лишним лет Президент Казахстана и первые лица Индии неоднократно встречались на различных международных площадках. Но визит в официальном формате — это уже другой уровень политического сигнала. Он показывает, что Казахстан рассматривает Индию не только как важного партнера в Южной Азии, но и как один из центров формирующегося многополярного мира.

Подготовка к визиту Президента Казахстана началась задолго до сентября. В феврале 2026 года премьер-министр Казахстана Олжас Бектенов посетил Индию, где провел переговоры с Нарендрой Моди и принял участие в международном саммите India AI Impact Summit. Тогда стороны обсудили торговлю, инвестиции, энергетику, сельское хозяйство, искусственный интеллект, критические минералы, космос, транспорт и логистику. Казахстан заявил о готовности увеличить экспорт по ряду товарных позиций примерно на 150 млн долларов.

Индийская сторона, в свою очередь, демонстрирует интерес уже не только к традиционному импорту сырья. В центре внимания появляются критические минералы и редкоземельные элементы, высокие технологии, фармацевтика, цифровизация, транспортная связанность и новые инвестиционные проекты. Таким образом, содержание отношений постепенно меняется: от торговли отдельными группами товаров — к поиску точек долгосрочной экономической кооперации.

Это особенно важно на фоне масштабов индийского рынка. В Казахстане хорошо понимают: сегодняшние объемы торговли еще не отражают потенциального значения сотрудничества с одной из крупнейших экономик мира. Именно поэтому визит Касым-Жомарта Токаева может рассматриваться как возможность придать уже существующим связям новый политический импульс.

Сам Президент Казахстана в августовском поздравлении премьер-министру Индии Нарендре Моди по случаю Дня независимости подчеркнул значимую роль Индии в международных отношениях, ее экономические достижения и научно-технический потенциал, а также отметил поступательное развитие стратегического партнерства между двумя странами и возможности для дальнейшего расширения сотрудничества.

Индия как рынок и как транспортное направление

Экономическое взаимодействие пока остается одной из сфер, где потенциал заметно превышает фактические показатели. Это особенно хорошо видно по торговой статистике.

По данным Министерства торговли и интеграции РК, за январь–июнь 2026 года импорт из Индии составил 242,8 млн долларов против 256,5 млн долларов годом ранее, то есть снизился на 5,3%.

Доля Индии в общем импорте Казахстана составила 0,77%. На первый взгляд, показатель небольшой, но именно здесь скрывается одна из особенностей нынешней повестки. Индия для Казахстана представляет интерес не столько как уже сформированный крупный рынок, сколько как рынок с огромным потенциалом расширения.

Причем речь идет сразу о нескольких направлениях. Казахстан способен увеличивать поставки металлов, химической и нефтехимической продукции, сельскохозяйственных товаров, а также критически важных минералов. Индийская сторона представляет интерес для Казахстана как источник фармацевтической продукции, технологических решений, оборудования и компетенций.

Еще более важное измерение связано с транспортом. Индия является одним из ключевых конечных пунктов Международного транспортного коридора Север — Юг. Для Казахстана это означает возможность через Иран получать более прямой выход к портам Персидского залива и далее к индийскому рынку.

На четвертом заседании диалога «Индия — Центральная Азия» в июне 2025 года индийская сторона отдельно подчеркнула необходимость более активного использования Международного транспортного коридора Север — Юг для развития связей со странами Центральной Азии и отметила инициативу Казахстана по развитию восточного направления этого маршрута.

Именно поэтому индийское направление нельзя рассматривать отдельно от казахстанской транспортной стратегии. Чем быстрее развивается инфраструктура по линии Казахстан — Иран — Индия, тем больше реальных возможностей появляется для расширения торговли. В данном случае логистика становится не приложением к торговле, а условием ее роста.

Еще один важный фактор — работа Казахстана в рамках ЕАЭС. В мае 2026 года Касым-Жомарт Токаев поддержал продолжающиеся переговоры по созданию зоны свободной торговли между ЕАЭС и Индией, подчеркнув необходимость расширения внешнеэкономических связей союза со странами Азии, Африки, арабского мира и Латинской Америки.

— Необходимо дальнейшее расширение связи союза со странами Арабского мира, Юго-Восточной Азии, Африки и Латинской Америки, также с авторитетными региональными экономическими объединениями. В активном формате активно продвигаются переговоры с Индией по созданию зоны свободной торговли. Считаю, что эта работа достойна внимания, — отметил Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев.

Таким образом, Казахстан последовательно открывает для Индии сразу несколько дверей: через двусторонние отношения, ЕАЭС, транспортный коридор Север — Юг и теперь через БРИКС.

Для Нью-Дели Казахстан также представляет особый интерес. Это крупнейшая экономика Центральной Азии, крупный поставщик урана и других природных ресурсов, территория пересечения евразийских транспортных маршрутов и государство, способное одновременно поддерживать рабочие отношения с Россией, Китаем, Европой и странами исламского мира.

Поэтому в сентябре речь может идти не просто о новых контрактах. В центре внимания окажется вопрос о том, насколько Казахстан и Индия смогут превратить политическое взаимопонимание в устойчивые экономические и технологические цепочки. Тем более, что эта поездка открывает не менее важную часть казахстанской внешнеполитической истории — участие в XVIII саммите БРИКС.

От Нью-Дели — к БРИКС

Казахстан участвует в работе БРИКС в статусе страны-партнера с 1 января 2025 года. За последние годы объединение значительно расширилось географически. Сегодня в него входят Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР, Египет, Эфиопия, Иран, ОАЭ, Саудовская Аравия и Индонезия. Еще десять государств имеют официальный статус партнеров. Таким образом, БРИКС охватывает практически все ключевые регионы Глобального Юга.

В 2026 году БРИКС отмечает 20-летие. За это время его значение выросло не только количественно. На площадке пересекаются крупнейшие энергетические, промышленные, финансовые и потребительские рынки мира.

По оценке старшего эксперта Института внешнеполитических исследований при МИД РК Валерия Ситенко, расширение БРИКС отражает более глубокий процесс изменения мировой системы.

— Современная международная система переживает период глубокой трансформации, сопровождаемой усилением геополитической конкуренции, ростом протекционизма, фрагментацией торговых и инвестиционных потоков, а также снижением уровня доверия между государствами. В таких условиях особое значение приобретает сохранение и развитие многосторонних механизмов, способных обеспечивать диалог между различными политическими и экономическими центрами. Объединение БРИКС выступает за реформу существующей международной системы в сторону большей многополярности и усиление роли в ней развивающихся стран и средних держав, к которым относится и Казахстан. Это отвечает многовекторной внешней политике Казахстана, — отмечает эксперт.

БРИКС уже встроен в казахстанскую экономику

Пожалуй, лучший ответ на вопрос, зачем Казахстану БРИКС, дают не дипломатические заявления, а внешнеторговая статистика. Китай и Россия обеспечили 29,9 млрд долларов внешней торговли Казахстана только за первые шесть месяцев 2026 года. Это 41,6% всего внешнеторгового оборота страны за этот период. Иными словами, более четырех долларов из каждых десяти во внешней торговле Казахстана связаны с двумя государствами БРИКС.

— Участие в объединении, где эти партнеры определяют тон, следует рассматривать не как политический жест, а как способ влиять на среду, в которой Казахстан работает постоянно, — обращает внимание политолог Ерсултан Жансеитов.

Эта логика особенно важна сейчас, когда мировая экономика становится более фрагментированной, а устойчивость торговых отношений все чаще определяется не только ценой товара, но и надежностью маршрутов, доступом к финансированию, платежной инфраструктурой и технологическими стандартами.

Индийское председательство создает дополнительную площадку для продвижения двусторонней экономической повестки. По мнению политолога Ерсултана Жансеитова, именно этот трек может получить дополнительный импульс за счет пересечения интересов Индии и Казахстана в торговле, критически важных минералах, транспорте, энергетике и новых технологиях.

Внешняя торговля показывает еще одну важную проблему. Казахстан располагает большими запасами энергетических ресурсов и критически важных минералов. Однако сама по себе поставка сырья уже не гарантирует устойчивого экономического роста.

Мировой энергетический переход, развитие электромобилей, аккумуляторных систем, цифровой экономики и искусственного интеллекта резко повышают спрос на уран, медь, редкоземельные и другие виды сырья. Именно поэтому БРИКС интересен Казахстану не только как потенциальный рынок сбыта, но и как площадка для поиска партнеров по переработке, производству компонентов и созданию новых цепочек стоимости.

— Глобальный энергетический переход, цифровизация мировой экономики, развитие искусственного интеллекта и высокотехнологичных производств существенно повышают стратегическое значение энергетических ресурсов и критически важных минералов. Казахстан располагает значительной ресурсной базой и способен выступать надежным поставщиком ряда востребованных материалов, — считает Валерий Ситенко.

Вместе с тем долгосрочный интерес Казахстана, по его мнению, заключается не только в наращивании сырьевого экспорта, но и в переходе к более глубокой промышленной кооперации. Перспективным направлением взаимодействия с государствами БРИКС может стать формирование совместных цепочек создания стоимости, включающих переработку сырья, производство компонентов, внедрение технологий и создание новых промышленных мощностей.

Для Казахстана это принципиальный момент. Успешное участие в БРИКС будет измеряться не количеством проданных тонн урана, меди или ферросплавов, а тем, появятся ли на их основе новые производства и технологии.

Индийское председательство: совпадение интересов

В 2026 году в БРИКС председательствует именно Индия. Для нее это уже четвертое председательство после 2012, 2016 и 2021 годов. Текущая повестка построена вокруг четырех широких приоритетов: устойчивость, инновации, сотрудничество и устойчивое развитие. Индийская сторона также делает акцент на экономической устойчивости, инновациях, реформе международных институтов, энергетической и экологической безопасности.

Для Казахстана практически каждый из этих пунктов совпадает с собственной повесткой. 2026 год объявлен в Казахстане Годом цифровизации и искусственного интеллекта. Развиваются цифровые государственные сервисы, создается технологическая инфраструктура, формируется новая система подготовки специалистов.

Одновременно страна продвигает вопросы энергетической безопасности, развития мирного атома, климатической адаптации, водной безопасности и устойчивой торговли. Поэтому индийское председательство дает Астане возможность не просто участвовать в уже сформированной повестке, а предлагать собственные инициативы, подчеркивают эксперты.

— Каждая страна-председатель накладывает определенный отпечаток на деятельность международного объединения, предлагая через него свое видение для решения тех или иных актуальных проблем, стоящих перед международным сообществом, а также свои рецепты для их решения. В рамках текущего председательства в БРИКС Индия провозгласила в качестве главной задачи реализацию «четырех широких приоритетов»: поддержание экономической устойчивости, содействие инновационному развитию, реформирование международных институтов, обеспечение энергетической и экологической безопасности. Все эти приоритеты весьма актуальны для Казахстана, который в качестве страны-партнера участвует в их реализации, привнося дополнительно свое видение и свой практический вклад, — отмечает Валерий Ситенко.

География превращается в конкурентное преимущество

Еще один ресурс Казахстана внутри БРИКС — его географическое положение. Сегодня международная торговля все меньше зависит от одного маршрута. Чем больше альтернативных путей соединяет рынки, тем устойчивее становятся цепочки поставок. Именно поэтому Казахстан одновременно развивает Транскаспийский международный транспортный маршрут, коридор «Север — Юг», восточное направление и другие транспортные связи.

По данным, представленным экспертами, транзит через территорию Казахстана в 2025 году составил 36,9 млн тонн, увеличившись на 6,6%. На 2026 год прогнозируется рост до 38,5 млн тонн. Транскаспийский маршрут за несколько лет приблизился к отметке в 5 млн тонн против менее 1 млн тонн в 2021 году, а целевой показатель на 2027 год составляет 10 млн тонн. При этом именно южное направление становится особенно интересным в контексте БРИКС. По коридору «Север — Юг» в 2025 году было перевезено около 3,5 млн тонн грузов — на 12% больше, чем годом ранее.

Железнодорожные перевозки между Казахстаном и Ираном выросли на 69%. Таким образом, через Иран Казахстан получает потенциальный выход к Персидскому заливу и далее к индийскому рынку. Это уже не абстрактная геополитическая схема, а экономический маршрут, который может изменить структуру торговли страны с Южной Азией.

Валерий Ситенко считает, что именно здесь может проявиться практическая роль Казахстана в БРИКС.

— В условиях беспрецедентной геополитической турбулентности, нарушения глобальных цепочек поставок последних лет возрастает понимание необходимости диверсификации международных транспортных маршрутов и развития альтернативных логистических связей. Казахстан, находящийся на пересечении транспортных направлений Восток–Запад и Север–Юг, способен внести практический вклад в повышение устойчивости международной торговли. Казахстан заинтересован в привлечении государств БРИКС и стран-партнеров к инвестиционному и технологическому сотрудничеству в сфере транспортной инфраструктуры, цифровизации перевозок, модернизации пограничных процедур и устранения барьеров для транзита. Основным принципом при этом должна выступать не конкуренция транспортных коридоров, а их взаимодополняемость, — говорит эксперт.

Искусственный интеллект: еще одна точка совпадения

Если торговля и логистика создают материальную основу сотрудничества, то технологии могут сформировать его следующий уровень. Индия в 2026 году уделяет особое внимание инновациям.

— Одним из ключевых факторов экономического роста, производительности и международной конкурентоспособности становится искусственный интеллект. Ускорение технологической революции создает риск формирования нового глобального неравенства между государствами, обладающими вычислительной инфраструктурой, технологиями и кадровыми компетенциями, и странами, остающимися преимущественно потребителями готовых решений. Государства БРИКС обладают значительным потенциалом для расширения сотрудничества в сфере искусственного интеллекта, обмена знаниями, подготовки специалистов и совместного развития технологических экосистем, — считает Валерий Ситенко.

Для Казахстана это особенно актуально. Страна пытается не просто импортировать цифровые решения, а сформировать собственную технологическую экосистему. В таком случае сотрудничество с Индией, Китаем, Россией и другими государствами БРИКС может расширить доступ к инженерным компетенциям и инвестициям.

При этом речь может идти о вполне практических сферах — медицинских технологиях, финтехе, цифровом государственном управлении, промышленном искусственном интеллекте, энергетических системах и логистике.

Связующее звено Евразии 

Деятельность БРИКС дополняет существующую международную систему. Два ведущих государства объединения — Россия и Китай — являются постоянными членами Совета Безопасности ООН, другие, как Бразилия, Индия, ЮАР, претендуют на места постоянных членов в этом ведущем международном органе, ответственном за поддержание мира и безопасности на нашей планете.

— Одним из перспективных направлений деятельности объединения может стать платформа взаимодействия региональных интеграционных структур, — считает Валерий Ситенко.

Данная платформа может включать в себя приоритетные региональные интеграционные проекты государств БРИКС, с такими международными организациями, как МЕРКОСУР, АСЕАН, Южноафриканский таможенный союз, БИМСТЕК.

— Все эти форматы могут скоординированно вести сотрудничество в направлении гармонизации стандартов и более открытого экономического пространства для торговли и инвестиций членов объединения и его региональных партнеров. Являясь активным участником ряда важных региональных структур, таких как ЕАЭС и ШОС и поддерживая хорошие отношения с ЕС, Казахстан может способствовать развитию их взаимодействия с БРИКС, — комментирует эксперт.

В этом заключается одна из особенностей казахстанской дипломатии: страна может связывать между собой разные экономические и политические пространства, не превращая их в конкурирующие блоки. Фактически Казахстан предлагает не выбирать между форматами, а использовать их одновременно — там, где каждый дает конкретный результат.

— Наше преимущество — территория, инфраструктура и юрисдикция, через которые проходят потоки между конкурирующими центрами силы. Ценность Казахстана в том, что он остается работающим маршрутом и переговорной площадкой тогда, когда альтернативные каналы закрываются, — отмечает Ерсултан Жансеитов.

Визит Президента Касым‑Жомарта Токаева в Индию и участие Казахстана в саммите БРИКС становятся частью долгосрочного курса страны на открытость, многовекторность и включенность в новые центры глобального роста. Для Астаны и Нью‑Дели это — ставка на прагматизм и совместные проекты, которые способны изменить экономическую карту Евразии.