Только поддерживая друг друга, восходим мы на свою высоту — Олжас Сулейменов
Уходящий 2025 год для Казахстана был насыщенным и ярким. В преддверии Нового года управляющий директор Kazinform Нағашыбек Алдан побеседовал с общественным деятелем, поэтом, писателем, дипломатом и литературоведом Олжасом Сулейменовым — о судьбоносных страницах истории, роли гражданского общества, ценности памяти и и том, что важно сохранить в памяти новых поколений.
— Олжас Омарович, десять лет назад в Москве была издана книга «Олжас и Я», через пять лет — «Олжас и Я. Книга вторая». Сборник отзывов и пожеланий, а также воспоминаний о Вас знаменитостей со всего мира. В своем интервью Вы сказали буквально: «Более интересную книгу не прочитал в этом году». Расскажите, пожалуйста, об этих книгах и их создателе.
— Это небывалый по охвату проект создания книжной серии, достойно исполненный нашим другом, замечательным Ермеком Алдановым, который ушел так рано. В двух томах им собраны воспоминания и отклики самых разных людей о жизни и творчестве одного автора.
Недавно я вновь перечитывал эти книги, испытывая удивление и благодарность. Вспоминая тех, с кем довелось встретиться однажды и тех, с кем проходили трудные и счастливые десятилетия. Все они собраны вместе в одной книге.
Димаш Ахмедович Кунаев, Бауыржан Момышулы, Евгений Евтушенко, Андрей Вознесенский, Римма Казакова, Юрий Афанасьев, Станислав Говорухин, Полад Бюль-бюльоглы, Руслан Хасбулатов, Фазиль Искандер, Геннадий Толмачев, Мурат Ауэзов, Евгений Сидоров, Минтимер Шаймиев… Все это фамилии нашего века.
Развитие общества возможно в результате осознанной взаимозависимости не только слышащей, но и решительной власти и мыслящей интеллигенции, которая может и должна подсказывать власти верные решения.
… В 1980-х, во время поездки в Монголию я обнаружил на орхонских стелах следы автоматных пуль. Невдалеке стояла советская воинская часть. А в голой степи пострелять практически некуда, только в эти обелиски. Каменные манускрипты, простоявшие под открытым небом полтора тысячелетия, пережившие жару, морозы, тюркские каганаты и империю Чингисхана, чиновниками монгольской и советской культуры были отданы на расстрел. Я предложил переместить памятники в любой монгольский музей, а на их места установить точные каменные копии. На это монгольские власти не согласились.
В 87-м на конференции тюркологов в США я организовал письмо в ЮНЕСКО, под которым подписались тюркологи со всего мира. Мы требовали взять тюркские памятники под защиту, включить их в Список Всемирного наследия. Прямо с конференции группа турецких ученых вылетела в Монголию. Их монолог с Улан-Батором продолжался безрезультатно годами.
И только в конце 90-х нам удалось убедить монголов, что орхонские памятники представляют культурную ценность. Мы договорились с японскими мастерами, которые изготовили точную копию памятника, ныне установленную в Евразийском университете имени Гумилева в Астане. Каждый день мимо этого памятника проходят тысячи студентов, не зная того, какими путями к казахам возвращалась письменная история. Память об этих делах стерлась.
Наши руководители должны были подхватить эти идеи и развивать их. Не дать забыться этим начинаниям. Распространить и утвердить их в нескольких поколениях. Но этого не случилось. И теперь в культуре наступает успокоение. Успокоение, которое больше напоминает забвение.
К тому, что уничтожаются памятники, мы уже привыкли. Но то, что забывается даже наша недавняя история — непростительно. Забывается то немногое, чем мы можем гордиться и что должны помнить.
— Олжас Омарович, движение «Невада — Семипалатинск», созданное Вами, можно назвать первым проявлением реального гражданского общества в Казахстане. Движение «Невада–Семипалатинск» объединило миллионы людей. Осознавали ли Вы тогда, что это были одни из первых шагов к независимости?
— Это было реальным шагом — к взаимозависимости. Впервые в истории ХХ века народ целой страны поднялся на защиту своей жизни, объединив в этом стремлении весь мир. Начиная с 28 февраля 1989 года более двух миллионов казахстанцев подписались под воззванием движения «Невада-Семипалатинск»: «ПОЛИГОН ЖОЙЫЛСЫН!» («ЗАКРЫТЬ ПОЛИГОН!»).
Благодаря этой всенародной поддержке, в 1989 году наше Движение остановило на Семипалатинском полигоне 11 взрывов из 18 запланированных на тот год.
В ноябре мы приняли участие в организации забастовки шахтеров Караганды. Требования организаторов были, в основном, экономические. Я настоял на включении в список требований главного пункта — остановить испытания ядерных зарядов. Последний взрыв раздался 19 октября, когда еще шла забастовка.
Шахтеры под руководством «Невады-Семипалатинск» выступили с требованием:
«Мы считаем этот взрыв 19 октября 1989 года последним в истории испытаний. Если раздастся еще хоть один, забастовка будет продолжена до указа руководства СССР о полном завершении испытаний! К нашей забастовке присоединятся все крупные предприятия КазССР».
Такое обращение мы отослали срочным письмом в Москву.
И оно подействовало. Седьмой взрыв оказался последним. Больше ни одно испытание на Семипалатинском полигоне не случилось.
Эту дату — 19 октября уже давно необходимо включить в календарь знаменательных и памятных дат Казахстана и человечества.
День, когда казахские рабочие проявили свое понимание истории.
Требования рабочих поддержал и Верховный Совет СССР. Власти попытались ввести в дело резервный полигон на Новой Земле. Верховный Совет, в котором по моей инициативе была создана парламентская ассоциация «За безъядерный мир», воспротивился этому.
20 ноября 1989-го было принято Постановление Верховного Совета СССР с поручением Правительству страны о необходимости закрытия Семипалатинского полигона, а 22 мая 1990 года Верховный Совет КазССР принял Постановление о закрытии Семипалатинского полигона.
Тогда борьба народа за жизнь на своей земле, наше убеждение — пора! — и объективно подготовленный временем момент совпали в великом стремлении человечества к миру. Конечно, этим был подготовлен период независимости, но и по-настоящему проявилась реальная взаимозависимость в политике, дипломатии и культуре.
— Как вы думаете, как повлияло закрытие Семипалатинского полигона на обретение Казахстаном собственного голоса на международной арене?
— Тогда народ Казахстана впервые выступил против сорокалетней беды, осознав свою боль как общую боль человечества.
В мае 1990-го мы провели в Алматы Международный конгресс под девизом «Избиратели мира против ядерного оружия». Впервые в одном зале, плечом к плечу работали избиратели и избираемые, участвуя в обсуждении главного вопроса века.
Проведя учредительную конференцию Глобального Антиядерного Альянса в зале Штаб-квартиры ООН, мы объединили все антиядерные и антивоенные движения мира. Выступая на конференции, я предложил провести межпарламентский референдум, чтобы все парламенты мира, а их около 200, ответили на один вопрос: «Нужно ли ядерное оружие нашей стране и человечеству?»
И первым парламентом, который ответит на этот вопрос, я предложил считать Верховный Совет СССР.
А если парламент самой сильной ядерной державы заявит, что ему не нужно ядерное оружие, тогда и остальным: американцам, англичанам, французам и китайцам придется согласиться!
Вскоре мы создали первую межпарламентскую делегацию: два конгрессмена и два сенатора США, два парламентария из Англии и двое из СССР — руководитель атомного института Евгений Велихов и Сулейменов (Велихов тогда заболел и вместо него полетел Владимир Якимец).
Такая делегация трех ядерных держав Запада и Востока была создана впервые в истории. И это было большим обещанием объединения, а не распада.
Целью нашей было подготовить референдум и парламенты к голосованию за безъядерный мир. Делегация вылетела в Москву, где мы обсудили с Горбачевым нашу программу, а вечером, не задерживаясь, вылетели в Лондон. Там в эти дни сменялся премьер-министр, и поэтому он не мог нас принять. Но мы не стали откладывать нашу миссию и встретились с министром обороны Великобритании, изложив ему наши планы. Из Лондона мы отправились в Вашингтон для встречи с Бушем-старшим. Тот еще не вернулся из командировки в Мексику. Мы объяснили наш план советнику по безопасности и обороне, а уходя, в коридоре Белого дома неожиданно встретили Буша, усталого после полета, но улыбчивого. Конгрессмены нас представили, и мы обсудили все в коридоре.
Через час наша делегация покидала Белый дом с уверенностью, что и Конгресс, и Сенат США примут участие в запланированном референдуме.
Какая это была возможность! Сохранить страну и сохранить мир в третьем тысячелетии. Использовать удивительное историческое мгновение! Все готовились к этому великому событию. Кто-то с надеждой. Кто-то не представлял, что свободное волеизъявление в нашей стране возможно. Но в Москве, Нью-Йорке, Лондоне и других столицах парламентарии были подготовлены к миру.
И мы знали, что большинство на референдуме ответит — нет ядерному оружию!
Это был колоссальный шанс. Человечество уверенно шло к осознанной взаимозависимости и миру! И если бы не бездарное ГКЧП в августе 1991-го, которое привело к власти Ельцина, окончательно добившего эту идею, все могло бы получиться. Тогда взаимоотношения США и СССР были наполнены доверием и желанием сотрудничать в главном вопросе — сохранить жизнь на Земле.
Казахстан тогда приобрел особый статус. С тех пор нас помнят, как лидера антиядерного движения в мире.
С тех пор больше 30 лет вся внешняя политика республики строилась на этом, скрывая подробности остановки ядерных испытаний и закрытия полигона.
Мы должны помнить, что не президент закрыл полигон, а народ! Народ, который использовал исторический шанс, чтобы сохранить жизнь на своей земле, сказав нет ядерным испытаниям!
Необходимо, чтобы об этом знали и помнили новые поколения. Знали исторические (а не придуманные!) события и даты, отраженные в школьных учебниках.
— К слову о датах, в уходящем году Казахстан и другие страны отмечали 180-летие Абая. Мы знаем, что и Центр сближения культур под Вашим руководством проводил научные и культурные мероприятия, посвященные этой дате.
— Каждый юбилей великого поэта — праздник для народа и культуры, но для книги продолжается непраздничное время. Горько (но необходимо особенно сейчас!) вспомнить, что первая книга основоположника нашей письменной литературы была опубликована в Казани уже после его ухода. Ему практически не довелось увидеть воплощение своих идей среди своего народа. А ведь для нас, людей слова, главный результат творчества — человек, который читает тебя и преображается вместе с тобой.
В ХХ веке, сокращенном войнами, голодом и репрессиями, казахи успели пройти путь от слушателей и зрителей — к великим читателям и великим авторам. Тогда литература была профессией. А в XXI веке перестала. И появилось нечитающее поколение.
Время вернуться к лучшему опыту ХХ столетия. К возрождению системы социального и государственного заказа, политики и культуры, создавших когда-то страну «великого читателя».
Тогда народ Абая сохранится как читающая нация.
— В Новом году страна будет отмечать Ваше 90-летие. Недавно народный писатель Азербайджана Эльмира Ахундова сказала: «Что бы мы ни дарили Олжасу Омаровичу, этого всегда будет мало. Ведь он подарил нам больше». Недавно Вас снова выдвинули на Нобелевскую премию мира и сейчас, насколько нам известно, по этому вопросу активно работает международный Оргкомитет. Что для вас важнее — признание народа или признание мира?
— Признание народа, который слышат и признают в мире.
В уходящем году мне показали Обращение Совета тейпов Республики Ингушетия к казахскому народу. Обращение старейшин было приурочено к 81-й годовщине депортации чеченцев и ингушей в Казахстан. Казах, имя которого прозвучало в этом обращении — Олжас Сулейменов.
После избрания депутатом в Верховный Совет СССР я предложил и добился принятия нескольких нужных законов. Среди них — Закон «О реабилитации репрессированных народов».
Когда я выступил с этим предложением, из зала поднялся юрист и заявил: «То, что Вы предлагаете — юридически неграмотно. Реабилитировать можно отдельную личность, но не целые народы!»
Я ответил: «Значит, репрессировать целые народы можно, а реабилитировать нельзя?»
За Закон проголосовали сразу и через некоторое время приняли. О таких эпизодах нужно рассказывать и нынешним депутатам.
Таких поступков было достаточно. О них уже не помнят в Казахстане. Но об этом напоминают и слова президента Азербайджана Ильхама Алиева, обращенные к казахскому поэту и опубликованные в газете «Бакинский рабочий»:
«В самые трудные для нашей страны времена Вы были рядом с азербайджанским народом… Мы не забываем это и высоко ценим. Азербайджанский народ любит Вас, Ваше творчество. Ваша гражданская позиция достойна большого уважения».
Об этом говорят и полученные мной награды: Орден «За заслуги» (Ингушетия), Орден «Слава» (Азербайджан), Орден Почетного Легиона (я — единственный в мире был награжден им дважды), Орден Восходящего солнца (Япония), Орден «Честь» (Азербайджан) и многие другие ордена.
Но самая высокая награда получена от народа. За последние десятилетия имя Олжас стало одним из самых популярных не только в Казахстане, но и в других странах. Мы не будем гадать сколько их — сотни или тысячи новых Олжасов. Но знаем, что это должно отражаться в их делах и поступках.
Страна может гордиться своими гражданами, которых признает весь мир. И прислушиваться к их словам.
Только вместе, поддерживая друг друга, восходим мы на свою высоту. Эта формула взаимозависимости работает в жизненном опыте и отдельных личностей, и народов, и государств. Наш народ перенес в истории столько, что уже почти не надеется на лучшую долю, чем имеет. Конец мира, который приближают бездарные политики, не устраивает нас — людей на этой Земле. Ни один народ, ни человечество. Едва ли наши народы заслужили такой финал.
Мы заслужили годы и века долгой, творческой жизни. Этого я желаю всем в Новом году.
Пусть так и будет!
— Спасибо за беседу.
