От летописи к легенде о хромом кулане: как сохранились сведения о смерти Джучи

Загадки рождения Джучи

Джучи — старший сын Чингисхана и основатель Улуса Джучи. По словам историка, Джучи остается одной из самых загадочных фигур в средневековой истории. Дискуссии вокруг его личности не утихают в историографии веками, а клубок противоречий в источниках запутался из-за борьбы за власть между чингизидами.

— С личностью Джучи связано очень много неясных вопросов и в историографии достаточно долго идут споры. Больше всего вопросов связано с обстоятельствами его рождения, статусом в Монгольской империи, а также временем и обстоятельствами смерти. В настоящий момент очевидно, что все противоречия в источниках возникли во время распада Монгольской империи, когда среди потомков Чингисхана происходила постоянная борьба за власть и влияние. Эта борьба выплескивалась и на страницы исторических трудов, — говорит Артем Порсин.

По словам историка, очень часто сторонники той или иной ветви чингизидов описывали события так, как выгодно тем чингизидам, которых они представляли.

Проблема с рождением Джучи возникла в основном из-за «Тайной истории монголов» («Сокровенному сказанию»), где содержатся намеки на то, что Джучи мог родиться в результате изнасилования, когда его мать Борте, жена Чингисхана, находилась в плену у меркитов.

Однако большинство современных историков сходятся во мнении, что эта версия является политической спекуляцией и сам Чингисхан всегда признавал Джучи своим старшим сыном.

— В настоящий момент можно с уверенностью сказать, что это очень поздняя версия, которая как раз возникла в среде противников джучидов с целью поставить под сомнение их права на власть и принимать решения на общеимперских курултаях, — подчеркивает историк.

Противоречия хроник: болезнь или убийство

Не менее сложным и запутанным является вопрос о смерти Джучи в 1225 году.

Артем Порсин отмечает, что все ранние источники, из которых можно почерпнуть информацию о смерти Джучи, можно разделить на две группы: имперские источники, которые писались в пределах монгольских улусов и внешние источники.

— Имперские источники, с одной стороны, очень информативны, но, с другой стороны, так как они писались под властью и контролем чингизидов, сведения очень часто искажались либо умалчивались. В написании исторических трудов в Монгольской империи существовали определенные цензурные нормы: если событие бросало тень на единство правящего рода, то его описание корректировали либо вовсе не упоминали о нем, — объясняет историк.

Самый ранний имперский источник — Джувейни, автор, писавший в пятидесятых годах XIII века при власти монголов, лишь упоминает, что Джучи умер в Дешт-и-Кыпчаке.

Другой крупный автор, Рашид ад-Дин, писавший в начале XIV века, с одной стороны, говорит, что Джучи умер от болезни, а с другой — очень аккуратно намекает, что его смерть произошла во время конфликта между ним, его отцом и братьями. Согласно Рашид ад-Дину, Чингисхан неоднократно вызывал его на курултай, но Джучи отказывался, ссылаясь на болезнь и что не может преодолеть этот путь.

По сведениям Рашид ад-Дина, в это время в Монголию прибывает некий представитель племени мангыт и сообщает, что видел Джучи на охоте. Чингисхан приказывает своим сыновьям Шагатаю и Угедею собирать войска, чтобы разгромить Джучи. Однако, когда монгольская армия уже отправилась на запад, приходит известие о внезапной смерти Джучи. Тогда Чингисхан понимает, что ему сообщили неправду. Этого представителя племени мангыт попытались разыскать, но так никто и не нашел.

— С одной стороны Рашид ад-Дин признает сильный конфликт уже на грани войны, с другой стороны, говорит, что Джучи умер от болезни, — отмечает Артем Порсин.

По словам историка, внешние источники, свободные от монгольской цензуры, рисуют куда более мрачную картину.

Персидский историк Джузджани, писавший в Индии в пятидесятых годах XIII века, в своем труде посвятил монголам достаточно много внимания. Он открыто заявляет, что Джучи был убит по приказу отца. По его описанию, когда Джучи отправился вместе с Шагатаем в Дешт-и-Кыпчак, ему очень понравилась его владение. Но он был крайне недоволен действиями Чингисхана по уничтожению покоренных ему территорий и племен, и решил восстать. Его брат Шагатай донес об этом отцу, после чего Чингисхан послал убийц к Джучи.

— Но проблема в том, что Джузджани был врагом монголов. Он их ненавидел и бежал в Индию от монгольского нашествия. Поэтому все, что он писал, остается под вопросом, — уточняет историк Порсин.

Египетский источник аль-Умари писал уже позднее, в XIV веке. Он тоже кратко упоминает о том, что Джучи убили. Аль-Умари имел близкие контакты с джучидской элитой Хорезма и у него было много информаторов, поэтому он неплохо знал ситуацию в Золотой Орде.

— Если обратиться к источникам, наиболее близким к Джучи, то ситуация выглядит двоякой. Мы можем утверждать о существовании конфликта внутри правящей элиты. По всей видимости, речь шла не о противостоянии Джучи и Чингисхана, а о конфликте между Джучи и его младшим братом Шагатаем. Многие источники указывают на это. Вполне вероятно, что смерть Джучи была насильственной. Но если это действительно так, то к ней был причастен именно Шагатай, — утверждает историк.

По данным Порсина, об этом, в частности, пишет Рашид ад-Дин. По его свидетельству, незадолго до своей смерти Чингисхан был недоволен Шагатаем. Более того, Шагатай был единственным из его живых сыновей, кто не присутствовал на семейном собрании, где Чингисхан объявил наследником третьего сына Угедея. При этом источник особо подчеркивает, что Чингисхан опасался, что Шагатай может устроить смуту.

Кюй о хромом кулане

В народной памяти кочевников трагедия гибели Джучи сохранилась в виде знаменитого кюя (музыкально-поэтического произведения) «Ақсақ құлан» («Хромой кулан»). Согласно сюжету, Чингисхан грозился казнить любого, кто принесет ему весть о смерти любимого сына. Никто не знал, как об этом сообщить основателю империи и эту миссию взял на себя один из нойонов, Кетбуга из племени найман. Он это трагическое известие облек в форму музыки, которую исполнял, играя на домбре.

По словам историка, этот сюжет восходит к раннему золотоордынскому периоду. Он встречается не только в казахском фольклоре, но и в эпических традициях кыргызов и ногайцев, что свидетельствует о его появлении еще до распада Улуса Джучи и формирования отдельных народов.

— Это очень интересная и красивая легенда, занимающая большое место в казахской культуре. С другой стороны, историки относятся к таким преданиям с осторожностью, поскольку сложно определить, когда они возникли и насколько соответствуют историческим реалиям. Также ключевым вопросом всегда был личность самого Кетбуги, — говорит Артем Порсин.

По словам историка, этот сюжет был частью джучидского письменного источника и дошел до наших дней в нескольких вариантах: кыргызском, казахском и ногайском. Наиболее подробным исследователь считает ногайский вариант, записанный в середине XX века, который совпадает с текстом сюжета, зафиксированным в первой четверти XV века в труде Мирзы Улугбека.

— Мирза Улугбек, представитель династии Тимуридов, был не только политическим деятелем, но и известным ученым. Он составил «Историю четырех улусов» и хорошо знал историю Улуса Джучи. Кроме того, он был женат на дочери одного из ханов Золотой Орды. В его труде приводится рассказ о смерти Джучи и о том, как некий нойон сообщает об этом Чингисхану в виде песни, которая дословно близка к ногайскому варианту. Поэтому можно предположить, что изначально это был письменный текст и бытовал в среде джучидов. Позднее, уже после распада Улуса Джучи, сюжет стал частью устного творчества и передавался из поколения в поколение, сохранившись в разных вариантах, — говорит он.

Кем был Кетбуга

Долгое время исследователи спорили о личности Кетбуги. В казахских шежире (родословных) найманов фигурирует древний предок с таким именем. Судя по последовательности поколений, он действительно жил в XIII–XIV веках.

Также в письменных источниках Кетбуга известен как выдающийся нойон и крупная политическая фигура того периода. Он происходил из племени найман и находился на службе у монгольского хана Хулагу.

Поскольку из исторических источников хорошо известно о враждебных отношениях между джучидами и хулагуидами, у исследователей возникал вопрос: насколько Кетбуга, служивший Хулагу, соотносится с героем этого кюя? Ведь, согласно сюжету кюя, человек, сообщивший Чингисхану о смерти его сына, должен был происходить из окружения Джучи. По сюжету ясно, что соратники Джучи решали, кто отправится к Чингисхану с этой вестью. Следовательно, Кетбуга, о котором говорится в кюе, был джучидским нойоном.

— Детальный анализ действий и появления Кетбуги в Иране в пятидесятые годы XIII века говорит о том, что изначально он подчинялся улусу Джучи, и уже впоследствии, после смерти Бату, был вынужден перейти в подчинение Хулагу (потомку Толуя). То есть у нас есть полное совпадение имени, племенной принадлежности и соподчинения конкретному улусу. Сейчас можно с уверенностью говорить, что Кетбуга, герой кюя, и Кетбуга, покоритель Ирана и Ирака, который погиб в 1260 году в ходе битвы при Айн-Джалуте, — это одно лицо, — подчеркивает Артем Порсин.

Кому принадлежит мавзолей в Улытау

Мавзолей Джучи-хана в живописных предгорьях Улытау в Казахстане является объектом глубокого почитания. Но действительно ли там покоится старший сын великого императора?

По словам историка, археологические работы и исследования в этом регионе продолжаются. Радиоуглеродный анализ наиболее древних деревянных конструкций показал, что они датируются серединой — 1260-ми годами XIII века. Впоследствии мавзолей был достроен уже в XIV веке.

— На мой взгляд, там находились захоронения представителей знати Улуса Джучи. Однако пока остается неясным, насколько останки, обнаруженные при раскопках мавзолея в XX веке, соотносятся с теми останками, которые были там изначально, и действительно ли это была могила самого Джучи. Этот вопрос пока остается открытым. Исходя из письменных источников о ранней структуре Улуса Джучи, центр его владений находился на Иртыше. Поэтому, на мой взгляд, было бы целесообразнее искать его могилу на востоке Казахстана, — сказал Артем Порсин.

Тем не менее, Улытау был сакральным центром и народная память связывала это место с захоронением джучидов.

— Улытау был одним из джучидских центров левого крыла. Судя по всему, это была территория, подчиненная лично батуидам, и наличие джучидских погребений там вполне возможно. Но вопрос нуждается в дальнейшем исследовании, — заключил историк.

Напомним, ранее историк Артем Порсин рассказал, действительно ли между Джучи и Чингисханом существовал конфликт и мог ли старший сын великого завоевателя стать жертвой политической борьбы.