От инвестиций до туризма: о ключевых экономических реформах рассказал депутат Мажилиса

— Руслан Садвакасович, с какими мыслями Вы подходите к завершению работы в Мажилисе РК? Каким видится работа будущего законодательного органа? В чем основная идея реформы?

— Конечно, делается работа над ошибками — что было сделано, что можно сделать лучше. Анализ — это путь к развитию.

Касательно Курултая, такая реформа требует воли, и это не просто «смена вывески», это поиск более гибкой архитектуры законотворчества. Для Казахстана очень важно обеспечить поддержку динамике развития мира, технологий, изменению парадигм. Глава государства — очень опытный политик, он смотрит далеко за горизонт текущей повестки, учитывает контекст глобальных изменений, поэтому сегодняшние процессы на политической арене страны соответствуют запросу не столько сегодняшнего, но и завтрашнего дня.

Сейчас важно понять две вещи: во-первых, государству нужно объединение вокруг президентского курса, во-вторых, стране нужны профессионалы.

Объединение, на мой взгляд, необходимо для динамичного реформирования экономики, реализации заложенного курса. Важно последовательно реализовывать реформы, повышать конкурентоспособность экономики. Когда общество, государственные институты, бизнес и экспертное сообщество работают в унисон, преобразования дают значительно более высокий результат.

Современный мир доказал, что конкурентоспособность на международной арене возможна при концентрации достаточного количества ресурсов в приоритетных направлениях. Возьмем пример из экономики: за экспансией электромобилей из КНР стоят годы инвестиций государства в науку и технологии, такие условия позволили товарам занять свою нишу в суперконкурентном рынке автомобилей.

А насчет профессионализма я думаю, что качество населения, компетенции — это тот капитал, который крайне необходим нашей стране. Если посмотреть на успешные страны, их объединяет высокий уровень компетенций людей. Можно иметь правильные программы и намерения, но нужны практики, способные работать на результат. Поэтому я надеюсь, что Курултай станет площадкой концентрации профессиональных кадров, с разными компетенциями и практическим опытом.

— В экспертном поле работа 8-го созыва Мажилиса оценивается, как более экономически ориентированная. Вы — член Комитета по региональному развитию и экономической реформе, должны были быть в эпицентре законотворческой работы, влияющей на работу экономики страны. Какие инициативы, возможно, из тех, где Вы принимали участие, окажут влияние на условия ведения бизнеса в Казахстане?

— Действительно, работа нашего созыва во многом была направлена на принятие норм, содействующих развитию экономики. В Комитете по региональному развитию и экономической реформе мы рассмотрели сотни документов, они так или иначе влияют на экономическую ситуацию в стране.

За прошедшие три года лично я был вовлечен в разработку более 30 законопроектов, инициировал около 500 поправок, довелось руководить рабочими группами по нескольким законам. Мы с коллегами были нацелены решить практические проблемы.

Возьмем историю с предоставлением земельных участков под инвестпроекты. Из опыта работы в бизнесе, в акимате области я не понаслышке знаю, что большим препятствием для инвестиций остается бюрократия. Чтобы получить земельный участок, нужен статус инвестпроекта, а получить такой статус совсем непросто. Из-за отсутствия оперативности в госаппарате инвесторы месяцами обивали пороги кабинетов.

Нужно было сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Начали с депутатского запроса и в течение года планомерно, шаг за шагом, отрабатывали этот вопрос с центральными госорганами и акиматами. Год ушел на то, чтобы доказать необходимость изменений. В итоге 1 июня 2024 года зарегистрирован Приказ о внесении изменений в Правила определения инвестиционных проектов. Документ содержит несколько принципиальных новшеств, которые упрощают жизнь бизнесу, в том числе

Это снижение порога инвестиций, то есть минимальный объем вложений для признания проекта инвестиционным был 2 миллиона МРП, а стал 150 тысяч МРП. Это открывает доступ к господдержке и получению земли для малого и среднего бизнеса.

Другая норма отражается на процедуре согласования участков Региональными координационными советами. Теперь эта работа строго регламентирована, что минимизирует затягивание сроков.

Уверен, что эта информация заинтересует потенциальных инвесторов. Обновленный механизм выделения земли уже стал мощным стимулом для деловой активности в регионах. А активность бизнеса конвертируется в экономический рост и благосостояние казахстанцев.

— А что на счет нашумевшего закона о госзакупках? Что в нем стало принципиально новым для предпринимателей? Как этот закон отражается на работе экономики? 

— Новый Закон о государственных закупках был подписан в 2025 году. По поручению Главы государства документ должен был устранить затягивание процедур, бесконечные жалобы и повысить прозрачность системы. Над чем мы и работали.

Как руководитель рабочей группы, отмечу еще, что в госзакупках репутация и честность становятся реальным конкурентным активом. Это важно.

Давайте конкретно пройдемся по фактам. Во-первых, кардинально сокращены сроки проведения процедур. Многие знают, что конкурсы тянулись минимум по 60 дней, и то в лучшем случае. Теперь обычный конкурс по товарам и услугам занимает до 10 рабочих дней. А в сфере строительства победитель определяется автоматически в среднем всего за 5 рабочих дней. Это благодаря внедрению рейтингово-балльной системы и элементов искусственного интеллекта. ИИ сам оценивает опыт работы, финансовую устойчивость, территориальный признак и репутацию.

Во-вторых, закон закрепил небывалые преференции для отечественных компаний. Я говорю об обязательном авансе в размере 50% от суммы договора. Плюс казахстанские предприниматели освобождены от предоставления банковских гарантий, у них есть приоритет при заключении контрактов и льготные условия по штрафам. Госзакупки должны быть инструментов развития казахстанского бизнеса, и для этого созданы условия.

В-третьих, закон ставит жесткий заслон для нечестных игроков. Теперь компания, которая за последние пять лет хотя бы один раз попадала в Реестр недобросовестных участников, при подаче новой заявки автоматически теряет 0,2% балла. Этот штраф становится для них эдакой «гирей», лишающей шансов обойти добросовестных игроков.

Внедрен новый порядок обжалования. Опытные участники закупок хорошо знают, что жалобой можно было остановить закупку, но больше так нельзя, и норма уже позволила снизить количество пустых жалоб на 23%.

Приведу всего две цифры: количество контрактов с отечественными товаропроизводителями увеличилось на 16%, а их общая сумма выросла на 23%. Объем закупок у отечественных производителей достиг 456 миллиардов тенге. Главное, что есть экономический эффект в регионах, так как за счет территориального признака приоритет получили местные налогоплательщики. Мы видим это на конкретных примерах: в Акмолинской области всего за 6 рабочих дней определился подрядчик на строительство спорткомплекса за 1,8 миллиарда тенге, им стала региональная компания из Кокшетау. В области Улытау за пять дней определен строитель школы на 1,1 миллиарда тенге, подрядчик тоже местный.

Надеюсь, что положительный эффект совместной работы депутатского корпуса, Правительства и бизнеса еще долго будет работать на экономику страны.

— Вы руководили рабочей группой по экспортно-кредитному агентству. Интересно Ваше мнение — какие отрасли способны стать драйверами несырьевого экспорта в ближайшие 5–10 лет? Что нужно Казахстану, чтобы занять свою нишу в мировой торговле? 

— По данному законопроекту перед нами стояла четкая задача: создать сильный институт для защиты экономических интересов Казахстана на мировых рынках. Глава государства поставил задачу создать его на базе АО «KazakhExport», и идея заключалась в том, чтобы объединить основные меры поддержки несырьевого экспорта, опираясь на мировой опыт. Опыт таких компании, как Sinosure в Китае, K-Sure в Корее, Euler Hermes в Германии и другие.

Реформа позволила внедрить предэкспортное финансирование и гарантии для международных тендеров. Как результат — уже поддержано семь крупных проектов в агропромышленном и химическом секторах экономики на общую сумму 140 миллиардов тенге. Параллельно идет интеграция в международные финансовые стандарты.

Спустя два года можно отметить, что страховая емкость агентства достигла 950 миллиардов тенге, а объем поддержки экспортеров увеличился почти в два раза и превысил 650 миллиардов тенге.

По поводу перспектив несырьевого экспорта, отмечу несколько направлений, которые имеют на мой взгляд реальные перспективы: металлургия, химическая промышленность и нефтехимия, АПК, цифровые услуги и контент, машиностроение. У каждой отрасли свои рынки и ниши, уверен, что в обозримом будущем наша страна нарастит как объем поставок, так и добавленную стоимость.

— В прошлом году довольно громко обсуждались проблемы турагентств, которые вступили в неравную конкуренцию с онлайн-сервисами. Как Вы попали в обсуждение проблемы? Как сейчас обстоят дела с этим вопросом? Как Вы видите развитие туристического бизнеса? 

— Да, ко мне пришли люди из отрасли с проблемой, назревавшей давно. Ситуация затрагивает целую индустрию, поэтому был определенный резонанс. Туризм сегодня переживает такую же цифровую трансформацию, какую ранее прошли банковский сектор, торговля и транспорт. Поэтому сама по себе конкуренция между традиционными турагентствами и цифровыми платформами — это нормальный рыночный процесс.

Турагентства и туроператоры несут ответственность, обеспечивают сопровождение туристов и защиту их прав. В то же время крупные цифровые платформы благодаря масштабам своих экосистем, имеют доступ к клиентским данным и пользуются собственными каналами продвижения. Доступ к клиенту позволяет определять ценовую политику и диктовать правила исполнителям, то есть турагентствам и операторам. Вот и конфликт.

На мой взгляд, вопрос шире, чем просто спор между турагентствами и платформами. Речь идет о будущем конкуренции в целом. Государство не должно бороться с технологиями и ограничивать цифровизацию, но обязано обеспечить равные условия конкуренции для всех участников рынка.

Это нормально, что развитие технологий опережает регулирование. Регулирование на ранних этапах часто тормозит само развитие технологий, так происходит сегодня в Европе с развитием искусственного интеллекта. В Казахстане пока ряд вопросов с цифровыми сервисами остаются в «транзитной зоне» между законодательством о туризме, электронной коммерции, защите конкуренции и защите прав потребителей.

Будущее отрасли я вижу не в противостоянии традиционного и цифрового бизнеса, а в их интеграции. Турагент будущего — это профессиональный консультант. Он создает сложные маршруты, обеспечивает сопровождение клиента и помогает ориентироваться в огромном объеме информации. Цифровые платформы могут стать эффективным инструментом продвижения туристских услуг.

— Порядка пяти лет Вы проработали в акимате Алматинской на тот момент области, а потом и в Жетысу. Это красивейшие места Казахстана. Как там обстоят дела с туризмом? Что сделано и еще нужно сделать для развития внутреннего туризма в Жетысу и других регионах страны? 

— Жетысу — мой родной край и один из самых перспективных туристских регионов Казахстана. Здесь сосредоточены уникальные природные ресурсы: Алаколь, Балхаш, Джунгарский Алатау, национальные парки, каньоны, историко-культурные объекты.

За последние годы государством действительно многое сделано. Построены дороги к ряду туристских объектов, развивается инженерная инфраструктура, модернизируются курортные зоны, увеличивается количество объектов размещения. Это объективные результаты, которые нельзя отрицать.

Но если говорить честно, то между туристским потенциалом наших регионов и реальным уровнем развития туризма по-прежнему существует серьезный разрыв. Мы продолжаем измерять успех количеством построенных объектов, а не качеством туристской экономики. Дорога, визит-центр или благоустройство сами по себе не создают туристский поток. Турист приезжает за впечатлениями, сервисом. Компаний-операторов, качественно оказывающих услуги, пока что на рынке единицы. И нужно создавать стимулы для их развития, как например, кредитные продукты на пополнение оборотного капитала.

Часто инфраструктурные проекты реализуются быстрее, чем формируется понимание того, как эта территория будет функционировать через 5, 10 или 20 лет. Не всегда хватает комплексного научного подхода, анализа туристских потоков, оценки экологической нагрузки и экономической эффективности принимаемых решений.

Следующим этапом развития должен стать переход к профессиональному управлению туристскими дестинациями. Развитие туризма должно быть неразрывно связано с сохранением природы и культурного наследия. Если в погоне за краткосрочным эффектом мы потеряем то, ради чего турист приезжает в регион, то любые инвестиции окажутся бессмысленными.

Вижу большие перспективы в развитии туристской инфраструктуры через государственно-частное партнерство. Государство должно создавать базовые условия, а бизнес инвестировать в сервис и туристские продукты.

— Буквально в начале июня Мажилис рассмотрел законопроект о телекоммуникациях, он поднимает вопрос качества связи. Как руководитель рабочей группы расскажите, как в стране обстоят дела с тарифами на сотовую связь? Как Вы оцениваете развитие рынка телекоммуникаций? Почему цифровое неравенство между городом и селом до сих пор остается такой острой проблемой? 

— Думаю, что эта тема волнует многих. Нагрузка на сети ежегодно растет в среднем на 18%. Чтобы связь оставалась стабильной, операторы за два года инвестировали в инфраструктуру внушительные 770 миллиардов тенге. Кроме того, растут и операционные расходы — удорожание электроэнергии, аренды площадок под базовые станции. Поэтому есть определенный рост тарифов.

Чтобы обеспечить прозрачность, мы приняли поправки, обязывающие операторов ежегодно публиковать финансовую отчетность. Это позволит антимонопольному органу жестко мониторить обоснованность тарифов, а Министерству цифрового развития — контролировать качество связи.

Депутатский корпус в ходе работы над законопроектом внес более 140 поправок. Что они дают пользователям? Приведу пару примеров. Круглосуточно и бесплатно будет обеспечен доступ к мобильным приложениям, имеющим социальное и государственное значение (eGov, eOtinish и др.). Ускорится строительство новых сооружений связи через упрощение процедуры согласования выделения земельных участков, то есть качественная связь придет в новые территории в том числе.

У Казахстана огромная территория и низкая плотность населения, строить сети в удаленных селах операторам экономически невыгодно. Для решения этой проблемы будет субсидирование «последней мили» — связь придет в более 1,1 тысячи  сел, обеспечит интернетом около 2,3 миллиона человек.

Еще одна мера — это спутниковые каналы для самых малых и удаленных аулов: к началу 2026 года уже подключено 329 сел, до конца текущего года еще 31 пункт подключат к интернету.

— Если заговорили о селе, то давайте затронем тему агропромышленного комплекса. Изменилась ли ситуация с льготным кредитованием, которую Вы поднимали в депзапросе? 

— Считаю, что развитие АПК — одна из приоритетных задач государства, у нас около половины населения живет в селах, а значит, их благополучие напрямую зависит от состояния агробизнеса. В Казахстане приток иностранных инвестиций в АПК ограничен, поэтому так важно стимулировать приток внутренних инвестиций и развитие отрасли мерами господдержки. В частности, в моем запросе речь шла про «длинные» кредиты по льготной ставке, они как раз идут на инвестиционные цели.

На сегодня проблема оборотных средств в агросекторе можно сказать решена: фермеры получают кредиты под 5%, и возвратность что-то близкое к 99%. А нехватка кредитов на инвестиционные цели по доступной ставке — вопрос актуальный. У Минсельхоза есть целевые программы кредитования — на промышленные объекты, например. По ним кредитуются МТФ и птицефабрики, но по программам идет недофинансирование со стороны бюджета, не хватает средств.

Думаю, что проблему нужно решать системно и создавать продукт широкой направленности, широкого целевого назначения, который заменит субсидирование процентной ставки. Пусть ставка будет 8-10%, но это намного лучше текущих 25-26% на коммерческих условиях. Пока этот вопрос на рассмотрении и до сих пор актуален.

Буквально на днях я вновь озвучил проблему — вопрос стабильности государственной поддержки. Речь идет о так называемых «листах ожидания» по субсидиям, где фермеры годами ждут в надежде получить обещанные выплаты. Такие призрачные надежды лучше не брать в расчет при бизнес-планировании. А еще лучше — не обещать, если нет на это средств.

В своем депутатском запросе я поставил вопрос: рассмотреть возможность отхода от инструмента «листа ожидания» с одновременным возвращением к принципу приема заявок в пределах подтвержденных бюджетных лимитов, и погасить имеющиеся долги по графику. А еще предложил рефинансировать займы, взятые по программе субсидирования процентной ставки.

Возьмем пример с техникой: взяли комбайн в лизинг по коммерческой ставке 24-26% и надеетесь на субсидирование до 6%, но, когда средств нет, сами платите полную ставку. А сейчас условия изменились, и можно взять технику сразу под 5%. Поэтому с учетом новых условий можно рефинансировать прошлые займы на меньшую процентную ставку.

— Руслан Садвакасович, спасибо за подробный рассказ о важных для экономики инициативах. В завершении нашего разговора скажите, каковы Ваши политические амбиции или задачи на ближайшее будущее? 

— Я бы сказал, что в жизни придерживаюсь правила — стремиться быть профессионалом и применять приобретенные навыки на пользу обществу, нашей экономике, своей малой родине и нашей стране в целом. На своем жизненном пути мне довелось быть предпринимателем, управлять бизнесом, работать на государственной службе и быть избранным депутатом. Я благодарен за все возможности и рад, что могу видеть результаты своего труда.

Нашу страну ждет интересный и насыщенный период политических трансформаций, думаю, что активно буду в нем участвовать и мои профессиональные компетенции найдут свое применение.

Сейчас ходят разные разговоры о судьбах партий, есть и определенная критика, как прошлых, так и новых решений. Но я по своей природе оптимист, верю, что происходящая на наших глазах история приведет к становлению динамично развивающегося и устойчивого государства. Если смотреть на логику решений Главы государства, то она была направлена на создание новых возможностей, новых центров притяжения, точек роста. Говоря строительным языком, можно сказать: чем больше у здания несущих конструкций, тем устойчивее оно к внешним нагрузкам и внутреннему напряжению.