Как применяется закон о сталкинге в Казахстане
«Я слежу за каждым твоим шагом…». Эти слова способны превратить жизнь человека в вечный страх. Сталкинг — это преследование и психологическое давление из категории уголовных правонарушений. Корреспондент Kazinform разобрался в причинах этого опасного явления.
История сталкинга
Новый для Казахстана термин происходит от английского stalking (прим. — «преследование, выслеживание») и изначально использовался в охоте. Однако широкое распространение данное понятие получило в 1989 году после убийства актрисы Ребекки Шеффер, которую длительное время преследовал некий мужчина по имени Роберт Бардо. После громкого происшествия штат Калифорния первым в США начал законодательно рассматривать систематическое преследование в качестве отдельного правонарушения.
Мировая практика знает немало случаев, подтверждающих опасность последствий сталкинга. В 1996 году поклонник исландской певицы Бьорк по имени Рикардо Лопес направил ей опасное письмо, после чего покончил с собой. В 1981 году небезызвестный Джон Хинкли совершил покушение на президента США Рональда Рейгана, пытаясь привлечь внимание актрисы Джоди Фостер. В 2018 году поклонник Тейлор Свифт незаконно проник в дом певицы и улегся на ее кровати. Эти случаи демонстрируют, что сталкинг может представлять не только психологическую, но и реальную физическую угрозу преследуемому объекту.
Сегодня сталкинг в ряде стран рассматривается как самостоятельное преступление. В США, Великобритании, Германии и Австралии за такие действия предусмотрены наказания — от штрафа до лишения свободы на 10 лет.
Как в Казахстане появилась уголовная ответственность за сталкинг
В Казахстане долгое время уголовной ответственности за сталкинг не существовало. По словам юриста Халиды Ажигуловой, подобные случаи квалифицировались в рамках статьи «Угроза». При этом обязанность доказать реальность угрозы фактически возлагалась на потерпевшего. То есть требовалось доказать, что словесные угрозы подозреваемого переросли в реальные действия.
Эксперт отмечает, что в международной практике подобные высказывания сами по себе рассматриваются как правонарушение. По мнению Халиды Ажигуловой, никто не имеет права держать другого человека в состоянии страха.
— Потерпевший не должен ежедневно гадать, пустые ли это слова или реальная опасность, — отмечает эксперт.
Резонанс вызвала история, озвученная журналистом и экс-сенатором Даной Нуржигит. Женщина рассказала, что после развода в 2019–2022 годах бывший супруг продолжал ее систематически преследовать.
— Он начал меня преследовать. Звонил и днем, и ночью. Плаваю в бассейне и поднимаю голову, а он стоит передо мной. Выхожу с работы, он ждет возле машины, записываюсь к врачу, появляется и там. Даже когда я проходила медицинские процедуры из-за ухудшения здоровья, он заходил в кабинет. Иду по улице, он звонит и спрашивает: «С кем ты сейчас разговариваешь?». Я жила с ощущением, что за мной кто-то следит. Так прошел 2022–2023 год. 13 июня 2024 года приговор суда вступил в законную силу, — рассказала журналист Дана Нуржигит.
По словам Даны Нуржигит данная ситуация отразилась не только на здоровье, но и на ее профессиональной деятельности. Позднее по итогам судебных разбирательств экс-супруг журналистки был осужден на три года по статье 147 Уголовного кодекса РК за незаконную съемку интимных фото- и видеоматериалов. После этого случая женщина выступила с требованием ввести отдельную норму закона, предусматривающую ответственность за сталкинг.
После общественного резонанса с преследованием женщин в Уголовный кодекс РК была введена статья 115-1 «Сталкинг». Теперь за систематическое преследование предусмотрены штраф до 200 МРП, общественные работы до 200 часов либо арест до 50 суток.
По словам эксперта Халиды Ажигуловой, сталкинг включает не только физическую слежку, но и онлайн-преследование.
— Сталкинг — это не только преследование в реальной жизни. Сюда относится и онлайн-преследование: систематические оскорбления, угрозы, сообщения в Сети, вызывающие тревогу и дискомфорт у жертвы, — отмечает Ажигулова.
Попытки отслеживания передвижений человека, взлом электронной почты или аккаунтов в социальных сетях также могут квалифицироваться как систематическое преследование. По словам юриста, одним из ключевых изменений стало обязательство полиции реагировать на все подобные заявления.
— Теперь, поскольку за сталкинг установлена отдельная ответственность, правоохранительные органы не вправе оставлять такие заявления без рассмотрения. Если обращение не будет принято или по нему не примут соответствующие меры, граждане вправе обратиться в прокуратуру либо в Министерство внутренних дел Казахстана. Специальное подразделение министерства по защите женщин от насилия обязано взять такие дела на контроль, — отметила юрист.
Дело Нурай, преследование в Кызылорде и киберсталкинг в Улытау
После вступления закона в силу правоохранительные органы начали систематизировать работу по новой статье. По данным Министерства внутренних дел РК, с июля 2025 года по статье «Сталкинг» возбуждено восемь уголовных дел.
Особое внимание общественности привлек трагический случай в Шымкенте. В ходе расследования смерти 21-летней Нурай Серикбай было установлено, что действия подозреваемого не были единичным нападением, а представляли собой систематическое преследование, продолжавшееся несколько месяцев. По словам родственников, жертву преследовали, были попытки похищения. Несмотря на неоднократные обращения семьи в полицию, заявление не приняли.
По поручению Президента была проведена проверка действий полиции, в результате чего начальник полиции города Шымкента был освобожден от должности. В отношении сотрудников, не зарегистрировавших факт принуждения к браку, завели уголовное дело.
После дела Нурай другая девушка, родом из Кызылорды, также рассказала в социальных сетях о пережитом преследовании. В результате городской суд Кызылорды №2 признал мужчину виновным в сталкинге и назначил ему 25 суток ареста. Также с него взыскана компенсация морального вреда в размере 500 тысяч тенге.
Согласно материалам суда, обвиняемый постоянно связывался с потерпевшей через социальные сети, мобильную связь и WhatsApp, приходил по месту ее жительства и работы, оказывая систематическое давление. Потерпевшая в суде заявила, что постоянно жила в страхе и была вынуждена менять адрес.
Случай в Улытау показал новую, более сложную форму сталкинга. В течение пяти лет одна семья подвергалась систематическим цифровым атакам через анонимные аккаунты. Злоумышленник с помощью искусственного интеллекта создавал фальшивые интимные фото и видео, отправлял их родственникам и знакомым. В 2023 году, узнав о предстоящей свадьбе потерпевшей, злоумышленник отправил будущему мужу фальшивые материалы, порочащие честь семьи, в результате чего помолвка была сорвана.
Потерпевшая пыталась полностью уйти из цифрового пространства, однако атаки перешли на ее близких. В интернете распространялись фальшивые анкеты и материалы, что влияло на безопасность всей семьи, включая несовершеннолетних детей. В итоге правоохранительные органы установили личность злоумышленника и прекратили его действия.
Руководитель отдела анализа эффективности законодательства Института законодательства и правовой информации Министерства юстиции РК Тимур Авенов подчеркнул важность защиты в цифровом пространстве.
— Закрепление этой проблемы в новом проекте Конституции показывает, что цифровые технологии играют особую роль в жизни общества. Защита персональных данных и безопасность цифровых сервисов — одни из ключевых требований современной правовой системы. Поэтому закрепление таких норм в Основном законе усиливает защиту прав граждан в соответствии с требованиями новой эпохи, — отметил эксперт.
Что говорит психолог?
Если говорить о психологическом воздействии сталкинга, специалисты отмечают, что иногда чрезмерное внимание, постоянные звонки или настойчивость могут восприниматься как романтическое поведение. Однако сталкинг — это не выражение чувств, а систематическое нарушение личных границ.
Психолог Газиза Адильбай выделяет разницу между кибербуллингом и сталкингом.
— Кибербуллинг обычно проявляется публично: оскорбления, насмешки, унижения перед другими. Сталкинг же направлен на конкретного человека и его цель — запугивание, контроль или полное подчинение, — объясняет специалист.
Психологическое состояние жертвы постепенно меняется: сначала появляется постоянная тревожность, нарушается сон, снижается концентрация, страх остаться одной, постоянная настороженность. Со временем развивается социальная изоляция, в некоторых случаях — посттравматическое стрессовое расстройство и усиление страхов.
По словам психолога, у людей, склонных к сталкингу, есть определенные особенности. Чаще это те, кто застрял в прошлых отношениях и не умеет выражать чувства здоровым образом.
— Сталкер — человек, не умеющий контролировать свои эмоции, борющийся со страхом, одиночеством, низкой самооценкой. Наиболее опасные сталкеры — бывшие супруги или романтические партнеры. Источники утверждают, что примерно 80% сталкеров — мужчины. К сожалению, точной статистики пока нет, — говорит специалист.
Психолог дал конкретный алгоритм действий для жертв сталкинга: не вступать в диалог со сталкером, заблокировать номер преследователя и усилить меры безопасности. Также нужно обязательно обратиться в полицию, связаться с юристами и кризисными центрами. Главное — не оставаться наедине со сталкером с мыслью «я его исправлю». Такие действия могут быть опасны, заключила эксперт.
