Год цифровизации и ИИ: что на самом деле меняется в Казахстане
2026 объявлен в Казахстане Годом цифровизации и искусственного интеллекта. Одновременно страна возглавила ЕАЭС, предложив остальным объединить усилия в этой сфере. Инициативы поддержаны конкретными шагами: создано Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития, принят Закон «Об искусственном интеллекте», запущены национальные суперкомпьютерные мощности. Как цифровая трансформация меняет мир, и какое место в ней занимает Казахстан — в материале аналитического обозревателя агентства Kazinform.
Почему 2026 год стал особым
В решениях страны прослеживается единая логика: цифровизация перестает быть только отраслевой темой и становится инструментом экономического роста и регионального лидерства. Создание министерства, закон об ИИ и суперкомпьютеры закрепили этот курс институционально. Казахстан вступил в 2026 год не с декларациями, а с готовой системой, которую можно масштабировать дальше.
Подготовка к этому этапу шла не один год. К 2026 году Казахстан стал государством с высокой цифровой зрелостью. Международные рейтинги это подтверждают: в UN E-Government Survey 2024 республика заняла 24-е место среди 193 стран по индексу электронного правительства (EGDI) и вошла в топ-10 по индексу онлайн-услуг (OSI). Эти показатели отражают не просто рейтинг, а реальную практику: более 90% госуслуг оказываются в электронном виде, а цифровые сервисы стали привычными для миллионов граждан.
Такая среда дает ключевые ресурсы для ИИ — данные, платформы и пользователей, привыкших работать в цифровой логике. Поэтому искусственный интеллект в нашей стране развивается не «с нуля» и не как эксперимент. Он встроен в уже действующую модель электронного правительства, что снижает риски фрагментации и дублирования. Цифровизация здесь стала не целью, а основой для следующего шага — более умного управления и экономики.
2025 год: формирование системы
Переломным стал 2025 год. Искусственный интеллект перестал быть только пилотным проектом и стал частью системных решений. В Министерстве искусственного интеллекта и цифрового развития отмечают: ключевой результат года — создание целостной архитектуры развития ИИ. Запущена Национальная платформа ИИ, через которую госорганы получили доступ к вычислительным мощностям, данным и ИИ-моделям. Платформу используют около тысячи сотрудников госорганов, а ИИ-ассистенты были применены гражданами и госслужащими более двух миллионов раз. Это уже не эксперимент, а реальный рабочий инструмент.
Эти цифры важны не ради статистики. ИИ перестал быть демонстрацией возможностей и стал обычным инструментом работы. Госорганы теперь могут самостоятельно разрабатывать и масштабировать решения без привязки к отдельным IT-проектам и подрядчикам.
Вычислительная инфраструктура и технологический суверенитет
Второй важный элемент — вычислительная инфраструктура, которая обеспечивает технологический суверенитет. В Казахстане запущен суперкомпьютерный кластер Alem.Cloud (86-е место в TOP-500 мира) и второй суперкомпьютер — Al-Farabium. Это позволяет обучать и использовать ИИ внутри страны, работать с чувствительными данными и не передавать их за рубеж.
Эксперты, однако, отмечают, что разрыв с мировыми гигантами сохраняется. Президент TSARKA Олжас Сатиев подчеркивает: у Казахстана тысячи GPU, а у крупнейших IT-компаний — миллионы.
— У технологических гигантов мощности оцениваются в миллионы видеокарт. Кто имеет больше ресурсов, тот сильнее в развитии ИИ и в ускорении технологического роста, — сказал эксперт.
Это означает, что Казахстан догоняет не по масштабам, а по логике. Страна строит минимальный суверенный контур, ориентированный на государственные и прикладные задачи, где контроль над данными и устойчивость важнее гонки за рекордами мощности.
ИИ выходит в массовые сервисы
Параллельно ИИ начал использоваться в массовых сервисах. В 2025 году eGov и eGov Mobile получили виртуального помощника — eGov AI, который отвечает на вопросы о госуслугах. Эти решения уже активно используют миллионы граждан, а не тестируют на ограниченной группе.
Только за 2025 год через цифровые каналы было оказано более 51,5 млн онлайн-услуг. Это сократило время граждан, нагрузку на операторов и ручную работу в госаппарате.
В таких условиях ИИ стал не просто интерфейсом, а инструментом перехода к более проактивной модели управления. Конечно, база услуг пока не идеальна, и очереди в ЦОНах пока еще сохраняются.
От госуслуг к реальной экономике
С развитием базовой архитектуры искусственный интеллект начал влиять на отрасли, где результат можно измерить деньгами и производительностью.
В социальной сфере это уже дало прямой бюджетный эффект. Проект «Социальный кошелек» охватил 6,7 тыс. школ и 49 млн бесплатных обедов, помогая регионам сократить расходы на 15–30%. В сфере лекарственного обеспечения цифровые и ИИ-механизмы внедрили более чем в 700 государственных аптеках, охватив 13 млн электронных рецептов.
Существенный потенциал ИИ проявляется и в логистике и транспорте. За 10 месяцев 2025 года объем грузоперевозок превысил 800 млн тонн — рост более 10%. Алгоритмы маршрутизации и управления потоками становятся источником конкурентного преимущества. По оценкам ведомств, системное применение ИИ может сократить логистические издержки на 20–25%. При этом технологии сразу выявляют и ограничения отрасли — например, дефицит складов класса «А», оцениваемый примерно в 2 млн кв. метров.
В промышленности и энергетике ИИ входит в фазу масштабного внедрения. Предиктивная аналитика и цифровые двойники помогают снижать простои и повышать энергоэффективность без необходимости расширять мощности. При этом рост нагрузки ИИ напрямую зависит от энергетики. В Министерстве искусственного интеллекта и цифрового развития подчеркивают, что этот фактор учитывается в долгосрочном планировании и синхронизируется с программами развития энергосистемы и дата-центров.
Законодательная база
Масштабирование ИИ показывает и его ограничения. Основные факторы — стоимость вычислений, доступность GPU для бизнеса, развитие сетей 5G и переход на IPv6, а также энергетический баланс. В таких условиях особенно важна правовая база.
Вступивший в силу Закон РК «Об искусственном интеллекте» стал региональным прецедентом. По словам директора Digital Rights Center Qazaqstan, профессора MNU Даны Утеген, закон закрепляет приоритет прав человека, запрещает непрозрачный сбор данных и устанавливает персональную ответственность владельцев и пользователей ИИ-систем.
— Кроме того, введен принцип прозрачности. Граждане должны быть проинформированы, когда ИИ используется при принятии решений, затрагивающих их права и законные интересы. Это особенно важно для государственного управления, медицины, финансов и образования, где автоматизированные решения могут иметь серьезные последствия, — сказала Дана Утеген.
Юрист Алишер Кадырбеков отмечает, что риск-ориентированный подход создает реальную практическую основу для правоприменения, а не остается декларацией. 2026 год станет проверкой того, как закон работает на практике.
— Опыт Казахстана будет полезен не только странам СНГ и постсоветского пространства, но и другим партнерам. Современные государства ищут сбалансированный подход к регулированию ИИ: чтобы не ограничивать права человека, учитывать интересы государства и экономики и при этом не отставать в технологическом развитии, — считает эксперт.
ИИ в других странах
Регуляторная зрелость усиливает региональную роль Казахстана. В условиях председательства в ЕАЭС страна предлагает рассматривать ИИ как инструмент интеграции.
По словам сопредседателя Комитета информационной безопасности Альянса QazTech Евгения Питолина, Казахстан демонстрирует модель централизованного стратегического планирования: ИИ подкреплен инфраструктурой, законодательной базой и массовыми сервисами. Это создает потенциал для экспорта цифровых решений и стандартов в СНГ и Центральной Азии. Эксперт сравнил развитие региональных стратегий искусственного интеллекта:
Казахстан: Министерство ИИ, цель — экспорт $5 млрд к 2029. Запущен суперкомпьютер (2 EFlops), создается Международный центр ИИ Alem.ai в Астане. Ключевой вызов — модернизация сетевой инфраструктуры (переход на IPv6 и развитие 5G) для передачи больших данных.
Россия: Технологический суверенитет, вклад ИИ в ВВП 11 трлн руб. к 2030. Национальный план нацелен на создание собственных фундаментальных языковых моделей как стратегического актива.
Беларусь: Программа «Цифровая Беларусь» 2026–2030, цифровое государство и суверенитет. Реализуется проект «Республиканская система мониторинга общественной безопасности» (60 тыс. камер) с алгоритмами ИИ.
Узбекистан: Стратегия до 2030, топ-50 по готовности к ИИ, $1,5 млрд в разработке ПО. Реализовано более 20 проектов с ИИ: PalmPay (оплата по ладони в метро), MyID, FaceID, LexAI (правовая платформа).
Кыргызстан: Национальный совет по ИИ, региональный хаб в ЕАЭС.
Таджикистан: Пилотные уроки по ИИ в 10 школах.
В то же время искусственный интеллект не заменяет людей, а меняет их роли. Автоматизируется рутина, растет спрос на высококвалифицированные навыки, а главный риск — разрыв в компетенциях.
В Казахстане обучение в сфере ИИ уже охватило более 900 тыс. человек, а система образования и госслужбы перестраивается под новые требования рынка.
Выбор модели будущего
Для Казахстана 2026 год — не год технологического чуда, а год выбора модели будущего. Искусственный интеллект — это долгосрочная инвестиция: сначала он помогает снижать издержки и ускорять процессы, а потом — увеличивает добавленную стоимость. Выигрывают не те, кто первым запускает пилотные проекты, а те, кто строит целостную систему.
