Одним из основых эпизодов заседания стало оглашение результатов судебной психолого-лингвистической экспертизы видеозаписи, сделанной после похищения Нурай по обряду «алып қашу». На кадрах, записанных в Каратауском районном управлении полиции, девушка заявляет, что добровольно села в автомобиль Шерхана Аймахана и не имеет к нему претензий.
Председательствующий судья Саммидин Темиралиев зачитал выводы экспертов, согласно которым речь девушки содержала признаки заранее подготовленного текста.
— В ее последовательном и логично изложенном рассказе выявлены усложненные синтаксические конструкции, характерные для письменной речи, отсутствие самостоятельной инициативы при выражении собственных мыслей, а также равномерный темп речи с использованием дифференцированных пауз. Это свидетельствует о том, что ее речь была заранее подготовлена и содержит элементы предварительного обдумывания, — зачитал заключение судья.
Отдельно председательствующий обратил внимание на фразу Нурай о том, что она приехала добровольно.
— Возникает вопрос: сказала ли Нурай Серикбай эти слова по собственной воле или произнесла их под чьим-либо воздействием? Согласно выводам экспертов, ее речь представляет собой заранее подготовленный текст, — отметил Саммидин Темиралиев.
После этого суд приступил к исследованию заявлений, которые Нурай Серикбай подала в полицию после событий октября 2025 года.
Председательствующий огласил заявление, адресованное начальнику управления полиции Каратауского района. В нем девушка подробно описывает обстоятельства похищения.
Согласно документу, после поездки из Алматы Шерхан Аймахан вместо того, чтобы отвезти ее домой, привез в дом своих родственников, удерживал против воли и забрал мобильный телефон.
— Когда я просила отпустить меня домой, он силой забрал мой телефон iPhone 15 и сказал: «Я привез тебя насильно». Прошу привлечь его к ответственности в соответствии с законом, — говорится в заявлении Нурай, зачитанному в суде.
После оглашения документа адвокат потерпевшей стороны попросил подсудимого прокомментировать содержание заявления. В ответ Шерхан Аймахан вновь сослался на переписку с Нурай, заявив, что изложенные в документе обстоятельства не соответствуют действительности.
В свою очередь представитель потерпевшей стороны обратил внимание суда на материалы переписки, согласно которым спустя непродолжительное время после подачи заявления подсудимый сообщал отцу Нурай, что девушку якобы заставили написать другой текст.
Затем суд исследовал переписку, обнаруженную в телефоне матери подсудимого.
Из зачитанных сообщений следует, что 5 октября родственники обсуждали приезд Шерхана с Нурай, уточняли время и готовность встретить девушку дома. В переписке мать спрашивает сына, где он находится, отправляет сообщения с просьбой приехать к определенному времени, интересуется, готовы ли сопровождающие.
По мнению стороны потерпевших, эта переписка свидетельствует о том, что приезд Нурай в дом Аймахана был заранее согласован с его родственниками.
Кроме того, суд исследовал содержимое телефона семьи Серикбай.
Из материалов следует, что вечером 4 октября родители и родственники безуспешно пытались дозвониться до Нурай. Телефон девушки долгое время оставался недоступен. Позже с ее номера начали поступать сообщения.
В одном из них говорилось: «Мама, моя свадьба состоялась без вашего согласия. Я этого не хотела…»
Председательствующий отметил, что до появления этих сообщений родственники уже собирались обращаться в полицию с заявлением о пропаже девушки.
Особое внимание суд уделил противоречиям в показаниях подсудимого. Если во время следствия Аймахан подробно рассказывал об обстоятельствах знакомства с Нурай, их отношениях, событиях, предшествовавших похищению, а также о дне преступления, то в ходе судебного разбирательства он неоднократно заявлял, что не помнит ключевых обстоятельств произошедшего.
На это обратил внимание и государственный обвинитель. Прокурор напомнил, что подсудимый утверждает, будто первоначальные показания дал под давлением. При этом именно в этих показаниях он говорил о семи-восьми ударах ножом, а не о 35 ножевых ранениях, установленных следствием.
— Если, как вы утверждаете, показания были даны под давлением, почему тогда вы сказали, что нанесли семь-восемь ударов? Если бы вас действительно заставляли оговорить себя, вам сказали бы признаться во всех 35 ударах. Почему этого не произошло? — спросил прокурор.
Подсудимый ответил, что именно такую формулировку ему якобы подсказали сотрудники следствия.
Прокурор также обратил внимание, что если, по версии подсудимого, на него действительно оказывали давление, следователи могли бы склонить его и к признанию других обстоятельств дела.
— То есть этого не было? — уточнил государственный обвинитель.
— Не было, — ответил Аймахан.
После этого прокурор попросил суд обратить внимание, что подсудимый фактически признает сам факт нанесения ножевых ранений, одновременно продолжая утверждать, что не помнит обстоятельств преступления.
После окончания заседания адвокат потерпевшей стороны Аянхан Омаров заявил журналистам, что исследованные материалы, по его мнению, опровергают позицию подсудимого.
— Сегодня в ходе исследования материалов дела окончательно установлено, что именно подсудимый совершил это преступление в отношении Нурай Серикбай. Его доводы о том, что он якобы не помнит момента нанесения ножевых ранений, своего подтверждения не нашли. На протяжении всего процесса он менял показания и противоречил сам себе, — заявил адвокат.
По словам Омарова, не нашли подтверждения и заявления подсудимого о том, что первоначальные признательные показания были получены под давлением.
— Если человек действительно считает, что на него оказывалось незаконное воздействие, закон предоставляет ему возможность обжаловать действия следствия. Таких жалоб подано не было, — отметил адвокат.
Напомним, Шерхан Аймахан обвиняется в принуждении Нурай Серикбай к вступлению в брак по обряду «алып қашу», сталкинге и убийстве, совершенном с особой жестокостью. По версии следствия, 11 января 2026 года он нанес 21-летней студентке 35 ножевых ранений, от которых девушка скончалась на месте. Подсудимому грозит наказание вплоть до пожизненного лишения свободы.