Ученые выявили ключевые факторы снижения тестостерона у мужчин в Казахстане
Масштабное национальное исследование, проведенное в Казахстане, позволило впервые получить репрезентативную картину гормонального и метаболического здоровья мужчин в Центральной Азии. Согласно выводам ученых, наибольшая вероятность снижения уровня тестостерона связана не с возрастом, а с избыточной массой тела и нарушениями углеводного обмена, передает корреспондент агентства Kazinform.
Научная группа под руководством исследователей Казахского национального медицинского университета имени Асфендиярова проанализировала данные национального обследования ВОЗ STEPS, проведенного с мая по октябрь 2025 года. Результаты работы, выполненной при грантовом финансировании Министерства здравоохранения РК, опубликованы в международном рецензируемом научном журнале BMC Endocrine Disorders.
В выборку вошли 3 083 мужчины в возрасте от 18 до 69 лет. Основным изучаемым показателем стала концентрация общего тестостерона ниже 8 наномолей на литр (нмоль/л) — порога, применяемого для выявления биохимических признаков дефицита гормона. После статистического взвешивания данных, отражающего реальную структуру мужского населения страны, низкий уровень тестостерона был выявлен у 5,3% казахстанских мужчин (примерно у каждого двадцатого участника).
Анализ регрессионных моделей, охвативший данные 2 959 мужчин с учетом возраста, индекса массы тела (ИМТ) и концентрации гликированного гемоглобина (HbA1c), продемонстрировал прямую зависимость гормонального фона от состояния обмена веществ.
У мужчин с избыточной массой тела вероятность выявления низкого тестостерона оказалась выше в 2,05 раза, а средний уровень гормона был на 15,0% ниже, чем у участников с нормальным весом. При ожирении шансы дефицита возрастали в 4,58 раза, при этом средняя концентрация тестостерона снижалась на 24,8%.
У мужчин с показателями гликированного гемоглобина в диапазоне предиабета риск низкого тестостерона был выше в 2,39 раза (уровень гормона ниже на 19,0%). При показателях, соответствующих диабету, вероятность дефицита увеличивалась в 3,49 раза, а концентрация тестостерона была на 24,5% ниже.
При первичном анализе возраст действительно выглядел значимым фактором: у мужчин 60–69 лет вероятность низкого тестостерона была в 1,84 раза выше, чем в группе 18–29 лет. Однако после включения в статистическую модель показателей массы тела и уровня глюкозы связь с возрастом перестала быть статистически значимой.
По оценке авторов работы, возрастное снижение мужских половых гормонов в казахстанской популяции во многом объясняется тем, что в старших возрастных группах чаще встречаются ожирение и нарушения регуляции сахара в крови. При этом ученые подчеркивают, что взаимосвязь носит двусторонний характер: метаболические нарушения подавляют выработку тестостерона, а его дефицит, в свою очередь, способствует развитию инсулинорезистентности и накоплению висцерального жира.
Исследователи отдельно обращают внимание на то, что лабораторный показатель тестостерона ниже 8 нмоль/л сам по себе не является основанием для постановки диагноза «клинический гипогонадизм» и назначения гормональной терапии. Для подтверждения диагноза необходимы выраженные клинические симптомы (утомляемость, снижение мышечной массы, уменьшение либидо), повторные утренние замеры крови и оценка состояния гипоталамо-гипофизарной системы.
По мнению авторов публикации, полученные данные служат важным аргументом в пользу комплексных программ профилактики неинфекционных заболеваний: контроль массы тела и раннее выявление предиабета позволяют одновременно снижать сердечно-сосудистые риски и поддерживать гормональное здоровье мужского населения Казахстана.
Ранее врач назвала скрытые угрозы популярных у казахстанцев «уколов для похудения».