Прокурор попросил признать виновным фигуранта дела о взрыве в Костанае

Перед началом прений суд рассмотрел ходатайства участников процесса о возобновлении судебного следствия и приобщении дополнительных материалов. Судья Олжас Баяков отказал в удовлетворении заявлений, указав, что у сторон было достаточно времени для представления документов и уточнения исковых требований до окончания судебного следствия.

Первой в прениях выступила государственный обвинитель Мариям Сулейменова. Она подчеркнула, что дело связано с гибелью людей и требует оценки исключительно на основании закона и исследованных доказательств.

— Настоящее уголовное дело относится к категории дел, в которых цена нарушений измеряется человеческими жизнями. За каждым томом уголовного дела стоят человеческие судьбы, утраченные жизни и горе родных, — заявила прокурор.

По версии обвинения, собственник автомобиля Алексей Бурдинский допустил эксплуатацию «Газели» с газобаллонным оборудованием, не обеспечив обязательную проверку его безопасности и оформление внесенных в конструкцию транспортного средства изменений.

Гособвинитель отметила, что автомобиль был приобретен в России уже с установленным газобаллонным оборудованием. При этом соответствующие сведения отсутствовали в регистрационных документах, а срок эксплуатации газового баллона, согласно позиции обвинения, истек.

— Соблюдение требований безопасности — это не формальность и не бюрократическая процедура, а обязанность, направленная на сохранение жизни и здоровья людей, — подчеркнула Мариям Сулейменова.

Как прозвучало в суде, накануне трагедии другой человек воспользовался автомобилем для личной поездки, заправил его сжиженным газом и вернул в ремонтный бокс. Согласно позиции обвинения, первоначально в районе «Газели» произошел хлопок, после чего появилось белое облако и начала распространяться газовоздушная смесь, которая затем воспламенилась.

Гособвинение сослалось на видеозаписи, показания очевидцев и заключение эксперта Сахарова. По словам прокурора, эксперт пришел к выводу, что сначала газовый баллон разрушился из-за внутреннего избыточного давления, после чего произошли утечка газа, образование взрывоопасной смеси и ее воспламенение.

Сторона обвинения считает, что между действиями владельца автомобиля и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

— Обвинение основано не на одном доказательстве, а на их совокупности. Каждое исследованное доказательство логически связано с другим и образует единую систему, — заявила гособвинитель.

При этом прокурор признала, что инкриминируемые подсудимому деяния относятся к преступлениям небольшой тяжести и срок давности привлечения к уголовной ответственности уже истек.

В итоге Мариям Сулейменова попросила признать Алексея Бурдинского виновным по части 2 статьи 104, части 3 статьи 114 и части 2 статьи 204 УК РК, однако освободить его от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности. Кроме того, обвинение просило удовлетворить гражданские иски потерпевших в полном объеме.

Представители потерпевших в прениях поддержали позицию государственного обвинения и попросили признать Бурдинского виновным. Они также настаивали на удовлетворении заявленных требований о компенсации имущественного и морального вреда.

Представитель семьи одного из погибших сообщил, что мать заявила иск о взыскании 10 млн тенге морального вреда, а брат погибшего — 5 млн тенге.

— Никто матери не вернет сына, никто брату не вернет брата, — заявил представитель потерпевших.

Вместе с тем один из гражданских истцов сообщил суду, что достиг с подсудимым договоренности и отказался от исковых требований. Им оказался один и арендаторов Алексея Бурдинского. Суд разъяснил ему, что такой отказ лишает возможности повторно обратиться с аналогичным иском.

Защита настаивает на оправдании

Адвокаты подсудимого с позицией обвинения не согласились. Защитник Марат Шуакпаев заявил, что в деле отсутствуют прямые и косвенные доказательства вины его подзащитного, а сам Бурдинский во время взрыва не находился на месте происшествия.

— Бурдинского даже не было на месте происшествия, то есть в момент взрыва, приведшего к таким последствиям, — отметил защитник. По его словам, о случившемся подсудимый узнал по телефону, после чего приехал к зданию и участвовал в ликвидации последствий, — заявил он.

Адвокат напомнил о презумпции невиновности и обязанности обвинения доказывать вину подсудимого.

— Человек в Казахстане не обязан доказывать свою невиновность. Любые неясности, нестыковки в деле или двусмысленности должны толковаться исключительно в пользу обвиняемого, — заявил Марат Шуакпаев.

По версии защиты, автомобиль без ведома собственника взяли другие лица, после чего заправили и поставили в отапливаемый бокс. Адвокат поставил вопрос о том, почему действия этих участников событий не получили уголовно-правовой оценки.

Сторона защиты также поставила под сомнение выводы основной экспертизы. Адвокаты заявили, что исследование не учитывало альтернативные причины взрыва, а газовый баллон не был направлен для дополнительного изучения в аккредитованную лабораторию.

Защита сослалась на заключение проведенной по ее инициативе пожарно-технической экспертизы. Согласно изложенной адвокатами позиции, наиболее вероятное место первоначального взрыва могло находиться не возле «Газели», а в районе подсобного помещения, раздевалки или мастерской автоэлектрика.

Также защитники обратили внимание на видеозаписи, на которых, по их утверждению, работники курили в помещении автоцентра.

Кроме того, защита выступила с инициативой о вынесении частного постановления в адрес Департамента полиции и прокуратуры Костанайской области. По мнению защиты, в ходе расследования были допущены нарушения, в том числе, по словам адвоката, не была дана надлежащая правовая оценка действиям других участников событий, а отдельные обстоятельства дела не получили должной проверки. Кроме того, защита поставила вопрос, почему к уголовной ответственности не были привлечены другие лица, фигурировавшие в материалах дела.

— Считаем, что доказательств обвинения недостаточно для вынесения обвинительного приговора в отношении Алексея Бурдинского, — резюмировал защитник.

Второй адвокат подсудимого также заявил, что тяжелые последствия сами по себе не могут служить доказательством вины.

— Факт наступления тяжких последствий пытаются отождествить с виновностью. Однако последствия не могут заменить доказательства вины. Уголовная ответственность без вины немыслима, — подчеркнул защитник.

Отдельную часть выступления защита посвятила гражданским искам потерпевших. По мнению адвокатов, размер заявленного материального ущерба не подтвержден надлежащими доказательствами. Защита утверждала, что часть отчетов об оценке была составлена с нарушением требований законодательства, а некоторые суммы, заявленные в качестве ущерба, являются необоснованно завышенными.

Адвокаты заявили, что еще на стадии досудебного расследования просили проверить достоверность отчетов оценщика, однако, по их словам, следствие отказалось удовлетворить соответствующее ходатайство. Кроме того, защита ссылалась на выводы Комитета по контролю за деятельностью оценщиков и профессионального объединения оценщиков, которые, по мнению адвокатов, свидетельствуют о несоответствии отдельных отчетов требованиям законодательства.

По словам защиты, в ходе судебного разбирательства ряд потерпевших уже отозвал исковые требования после того, как были представлены альтернативные отчеты об оценке. При этом адвокаты поставили под сомнение обоснованность первоначально заявленного имущественного ущерба на общую сумму более 187 млн теңге, назвав его завышенным.

Адвокаты попросили суд вынести оправдательный приговор, отказать в удовлетворении гражданских исков и дать оценку нарушениям, которые, по мнению защиты, были допущены во время расследования.

После завершения выступлений сторон судебные прения были объявлены оконченными. Подсудимый попросил снять с него обвинения и вынести оправдательный приговор.

Окончательный вердикт суд вынесет 27 июля.

Напомним, трагедия произошла в декабре 2023 года: тогда, по предварительной причине, произошел хлопок газовоздушной смеси. Из-под обломков вытащили шесть человек, троих из них спасти не удалось.

Накануне в суде исследовались экспертные заключения. В ходе допроса эксперта пожарно-технической экспертизы обсуждались возможные источники зажигания, объем газа в баллоне и механизм образования газовоздушной смеси. Эксперт тогда указывал, что достоверно определить точный механизм происшествия, место образования газовоздушной смеси и конкретный источник зажигания не представилось возможным.

Позже были допрошены свидетели, в том числе работник газели Владислав Климашевский и мужчина, который, по данным следствия, пользовался автомобилем «ГАЗель» накануне трагедии. В суде обсуждались обстоятельства передачи автомобиля, его заправки газом и возвращения в бокс, а также действия сотрудников сервиса перед взрывом.