Астана – Исламабад: стратегический диалог обретает «проектный характер»
3–4 февраля Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев совершит государственный визит в Пакистан. Визит Главы государства рассматривается как шаг к переходу двусторонних отношений в «проектный режим» конкретные маршруты, контракты, доступ к рынкам, логистика и транзит. О перспективах и планах развития казахстанско-пакистанского сотрудничества — в материале аналитического обозревателя агентства Kazinform.
Астана и Исламабад меняют формат сотрудничества
До сих пор Казахстан и Пакистан чаще воспринимали друг друга как «далеких партнеров»: политические контакты существовали, но экономическое взаимодействие долго не соответствовало географии и потенциалу двух стран. Сейчас эта логика меняется. Для Казахстана Пакистан — не просто рынок в Южной Азии, а выход к портам Аравийского моря и, следовательно, альтернативные экспортные коридоры в условиях, когда миру все труднее опираться на один-два маршрута.
Эти контуры четко формулирует заместитель председателя правления Института внешнеполитических исследований при МИД РК Манарбек Кабазиев. По его словам, предстоящий визит — не «разовый эпизод», а элемент более широкой региональной дипломатии и экономической трансформации.
— Предстоящий визит отражает оба измерения одновременно. С одной стороны, он нацелен на качественное углубление двустороннего взаимодействия и придание ему более прикладного, проектного характера. С другой — он вписывается в более широкий контекст региональной дипломатии, ориентированной на усиление взаимосвязанности Центральной и Южной Азии. Казахстан рассматривает Пакистан как одного из ключевых партнеров в Южной Азии, а Пакистан — Казахстан как ведущую экономику Центральной Азии и важное евразийское связующее звено, что придает диалогу стратегическую глубину, — отмечает эксперт.
Иначе говоря, Казахстану важно «встроить» южное направление в свою экономику так же прагматично, как уже встроены северные и восточные маршруты. И здесь у Пакистана есть конкретное конкурентное преимущество — доступ к портам и развитая инфраструктура, способная стать частью международных цепочек поставок.
— Повестка визита напрямую соответствует курсу Казахстана на диверсификацию внешнеэкономических связей и снижение зависимости от ограниченного числа рынков и маршрутов. Акцент делается на расширение торговли, привлечение инвестиций и развитие альтернативных транспортных коридоров. Выход к портам Аравийского моря через Пакистан рассматривается как важный элемент формирования устойчивых экспортно-логистических цепочек и расширения присутствия Казахстана на рынках Южной Азии, Ближнего Востока и Африки, — подчеркивает Манарбек Кабазиев.
Торговля выросла, но ее нужно «распаковать» в ассортимент и проекты
Товарооборот действительно продемонстрировал заметный рост: за январь–ноябрь 2025 года он составил $101,3 млн, увеличившись в 2,1 раза по сравнению с тем же периодом 2024 года ($48,7 млн). Экспорт Казахстана вырос еще сильнее — в 5 раз и достиг $56,4 млн, тогда как импорт составил $44,9 млн (рост +19,9%).
Однако важнее качественная картина: рост экспорта в значительной степени объясняется появлением одной крупной товарной позиции — сырой нефти. Поставки нефти в 2025 году составили $52,9 млн, что эквивалентно 93,8% казахстанского экспорта в Пакистан. Это хороший старт, но рискованная модель: когда динамику дает один товар, она также легко может пойти на спад, если поставки окажутся разовыми или нерегулярными.
Одновременно видно, что торговля не сводится только к нефти. Казахстан поставляет в Пакистан бобовые, семена льна, крупы и овес, однако по ряду позиций в 2025 году зафиксированы просадки: например, прекратились поставки лука и чеснока, снизились объемы по овсу, семенам льна и другим агропозициям. Это указывает на то, что аграрная составляющая торговли пока сильно зависит от конъюнктуры и логистических условий.
Импорт из Пакистана, в свою очередь, отражает реальную взаимодополняемость экономик. Казахстан закупает картофель, цитрусовые, лекарственные препараты, одежду и трикотаж. При этом по картофелю статистика показывает резкий скачок — импорт вырос до $9,28 млн. По фармацевтической продукции, напротив, в 2025 году зафиксировано снижение: поставки расфасованных лекарств сократились до $5,51 млн.
В этом месте сходятся позиции обеих сторон: торговлю необходимо расширять не только по объему, но и по структуре — иначе она всегда будет «качаться» от одной товарной позиции к другой. На это прямо указывает и эксперт, отвечая на вопрос о барьерах.
— Рост товарооборота не только возможен, но уже демонстрирует позитивную динамику. За январь–ноябрь 2025 года взаимная торговля превысила 100 млн долларов США, показав более чем двукратный рост по сравнению с предыдущим годом. Для дальнейшего наращивания объемов необходимо устранение логистических ограничений, упрощение транзитных процедур, гармонизация стандартов и снижение административных барьеров. В этом контексте важное значение придается подготовке соглашения о транзитной торговле, — подчеркнул он.
По сути, это и есть ответ на главный вопрос бизнеса: можно ли возить товары стабильно и предсказуемо? Если да — появятся долгосрочные контракты, а вместе с ними и расширение ассортимента.
Инвестиции, АПК, IT
В официальных документах сотрудничество Астаны и Исламабада описывается как комплексное: политическая часть задает рамку, а прикладная повестка должна наполнять ее конкретными проектами. Пакистан интересен Казахстану и как рынок, и как транзитная платформа, а Казахстан для Пакистана — крупнейшая экономика Центральной Азии и «ворота» в евразийское пространство.
Как отмечает эксперт, к числу приоритетных направлений относятся агропромышленный комплекс, энергетика, логистика, фармацевтика и IT. Казахстан заинтересован в расширении экспорта зерна и масличных культур, а также в создании перерабатывающих мощностей. Пакистан, в свою очередь, представляет интерес как источник фармацевтической продукции и как партнер в сфере цифровых технологий и стартап-экосистем.
— Отдельное внимание уделяется сотрудничеству в области цифровизации, электронного правительства и кибербезопасности, — сказал Манарбек Кабазиев.
Здесь важно то, что все эти направления можно собрать в единую цепочку. АПК не растет без логистики, логистика не масштабируется без понятных транзитных правил, а транзитные правила не работают без согласованных межведомственных решений. Фармацевтика и IT — это уже «второй этаж» сотрудничества: именно они дают добавленную стоимость и устойчивость в те моменты, когда торговля сырьем или сезонными товарами начинает колебаться.
Отдельным блоком в материалах обозначены документы по сельскому хозяйству — по карантину и защите растений, а также ветеринарии. На первый взгляд это «технические бумаги», но на практике именно они снимают ограничения, из-за которых поставки могут срываться или становиться дороже.
Инвестиционная часть повестки тоже выглядит предметно: заявлен меморандум с группой компаний Fauji о создании платформы совместного инвестирования. Такой механизм способен перевести интерес к проектам из плоскости заявлений в плоскость реальных денег и процедур.
Стороны заинтересованы в наращивании взаимных инвестиций, прежде всего в инфраструктурные, энергетические и промышленные проекты. Казахстанские компании изучают возможности участия в проектах в Пакистане — в сфере энергетики, логистики и АПК, тогда как пакистанский бизнес, в свою очередь, проявляет растущий интерес к рынку Центральной Азии.
От политики к логистике
Сегодня ключевым направлением сотрудничества становятся транспорт и логистика. Казахстану нужна не просто торговля «в статистике», а устойчивый коридор с предсказуемой стоимостью, сроками и понятными юридическими правилами. В официальных документах прямо зафиксирован интерес к портам Карачи и Гвадар, а также к мультимодальным маршрутам через Афганистан и Иран. Это не теоретическая дискуссия: в условиях, когда глобальные цепочки поставок регулярно дают сбои, выигрывает тот, у кого больше альтернатив.
Эксперт отдельно поясняет, как это может работать — через сопряжение транзитных возможностей Казахстана с инфраструктурой коридора Китай–Пакистан и евразийскими маршрутами.
— Сопряжение транзитного потенциала Казахстана и Пакистана возможно через развитие мультимодальных маршрутов, связывающих Центральную Азию с портами Карачи и Гвадар. Использование инфраструктуры коридора Китай–Пакистан в сочетании с возможностями Срединного коридора создает предпосылки для формирования новых логистических цепочек «Евразия — Южная Азия». Это позволит сократить сроки доставки, диверсифицировать маршруты и повысить устойчивость региональной торговли в условиях трансформации глобальных цепочек поставок, — говорит Манарбек Кабазиев.
Именно поэтому в пакете ожидаемых документов отдельно предусмотрены меморандумы по железнодорожному и морскому сотрудничеству, а также соглашение о транзитной торговле. Логика здесь простая: пока нет единых транзитных правил и согласованной работы профильных ведомств, бизнес остается заложником разрозненных процедур и непредсказуемых сроков.
Связь, которая работает на перспективу
Экономическое сотрудничество редко бывает устойчивым без человеческих и культурных связей. Как отмечает эксперт, имеются планы по открытию в Исламабаде центров Яссауи, Сатпаева и Аль-Фараби, а также спортивного центра «Достық». Отдельно предусмотрен план мероприятий по культурно-гуманитарному взаимодействию на 2026–2027 годы.
Это «мягкая сила» без пафоса — обмены, образование, контакты между университетами и СМИ. В долгосрочной перспективе именно такие каналы придают отношениям устойчивость, особенно когда меняется экономическая конъюнктура.
Что может быть заметно уже в течение года
Итоги визита будут измеряться не количеством подписанных документов, а тем, заработают ли за ними реальные механизмы. Эксперт прямо говорит о ближайших практических результатах.
— Уже в краткосрочной перспективе ожидается запуск совместных инвестиционных проектов, расширение поставок казахстанской аграрной продукции, развитие пилотных логистических маршрутов и активизация деловых контактов. Дополнительным практическим эффектом станут гуманитарные и образовательные обмены, а также углубление сотрудничества между СМИ и экспертными сообществами. Все это создает основу для устойчивого и долгосрочного роста казахстанско-пакистанского партнерства, — отмечает эксперт.
Если кратко, визит должен закрепить три ключевые вещи. Во-первых, выход к южным портам как реальный экономический инструмент. Во-вторых, диверсификацию торговли, чтобы рост не держался на одной товарной позиции. В-третьих, запуск проектов в АПК, логистике, фармацевтике и IT, где сотрудничество может стать системным.
Именно поэтому разговор о Казахстане и Пакистане сегодня — это не только про цифры товарооборота. Это вопрос о том, сможет ли Казахстан уже в 2026 году превратить Южную Азию из «дальнего направления» в полноценный экономический маршрут — с портами, транзитом, контрактами и инвестициями.