Почему Франция находится в политическом кризисе
Отставка премьер-министра Франции Себастьена Лекорню 6 октября — всего через несколько недель после его назначения 9 сентября 2025 года — вновь поставила политическую систему страны перед выбором между плохим и еще худшим сценарием выхода из затяжного тупика. Почему очередная смена премьера стала симптомом системного кризиса — в материале международного обозревателя агентства Kazinform.
Отставка Лекорню углубила политический кризис
Президенту Франции Эмманюэлю Макрону вновь придется искать нового премьера, который попробует найти новый компромисс с лидерами парламентских фракций. Но это будет еще более сложно сделать, так как после каждой отставки премьер-министра - в сентябре ушел предыдущий премьер Франсуа Байру - позиции партийных лидеров справа и слева становятся все более решительными.
С тактической точки зрения это связано с необходимостью принять новый бюджет, в рамках которого предстоит сделать достаточно болезненные шаги по его сокращению. В этой ситуации лидерам левых, правых и центристов все сложнее договариваться, потому что на конку стоит вопрос, за чей счет будут сделаны сокращения.
В то же время для политических сил во Франции все более актуальным становится решение вопроса стратегического характера, связанного с предстоящими в 2027 году выборами президента страны. Естественно, что все вероятные участники этих выборов уже должны думать о том, чтобы связанные с ними политические партии не ослабили бы свои позиции из-за непопулярных решений правительства в 2025 году. Особенно с учетом того, что по плану, предложенному правительством бывшего премьера Байру, предлагалось сократить расходы бюджета на 44 млрд. евро. Причем, сделать это в том числе за счет отказа от индексации пенсий и зарплат бюджетникам. В условиях растущей инфляции это очень болезненное решение для весьма значительной части населения.
Бюджет как поле боя
Естественно, что для Франции с ее традиционно сильными левыми ожиданиями в обществе это очень болезненный шаг. Вполне предсказуемо против этого выступили ультралевые из «Непокоренной Франции» (72 места в парламенте), лидер которых Жан-Люк Меланшон также собирается участвовать в будущих президентских выборах, несмотря на неудачу своих прежних попыток. Для него участие в них - это возможность заявить свою достаточно жесткую позицию и одновременно ограничить пространство для идеологического маневра тем, кто выйдет во второй тур. Он назвал правительство Лекорню «вереницей призраков».
В то же время умеренные левые, например, из Социалистической партии (66) теоретически могли согласиться на компромисс с правительством и помочь ему принять бюджет. На это, собственно, и рассчитывали теперь уже бывшие премьеры Байру, а затем и Лекорню. Но у каждого решения есть своя цена вопроса, тем более в такое неопределенное время.
Однако Лекорню сформировал кабинет министров, который не сильно отличался от прежнего кабинета Байру и включал ряд весьма непопулярных политиков, близких к президенту Макрону. В первую очередь и левых. и правых не устроила кандидатура нового министра обороны Брюно Ле Мэра, который был министром экономики в 2022-2024 годах и при котором сильно вырос долг Франции. Против него выступили ультраправые из партии «Национальное объединение» (126). В то же время представитель в правительстве правоцентристов из Республиканской партии (47) Брюно Ретайо, занимавший пост министра внутренних дел, подал в отставку, потому что его не проинформировали о назначении Ле Мэра.
Собственно, такая позиция основных политических сил из оппозиции делает вопрос формирования нового правительства очень сложной задачей. При этом оппозиция имеет большинство голосов в Национальном собрании. У партий, которые поддерживали правительство, было 212 голосов против 365 голосов у оппозиции. Теперь еще возникает вопрос о позиции Республиканской партии, без нее у правительства будет только 165 депутатов.
Какие выходы из кризиса есть у Макрона
В этой ситуации Макрон может распустить парламент, если договориться не удастся, или он может применить статью 49,3 Конституции Франции, согласно которой правительство может провести бюджет без обсуждения с парламентом. В 2023 году так провели закон о повышении пенсионного возраста. Но тогда ему не удастся распределить ответственность между разными политическими силами, что сильно ослабит кандидатуру следующего кандидата в президенты от условного центра политического спектра, к которому он себя относит.
В то же время выборы только ухудшат ситуацию для пропрезидентских сил с учетом заметного роста недовольства населения сложившейся ситуацией. Поэтому ультраправые и ультралевые только могут усилить свои позиции, что поставит умеренных левых и правых в крайне сложное положение.
Три блока и ни одного большинства
В целом во Франции сейчас сложилась весьма непростая конфигурация политических сил. Фактически есть три мощных избирательных блока с разными идеологическими позициями – левые, правые и центристы. При этом самая серьезная сила на крайне правом фланге - «Национальное объединение» Мари Ле Пен только расширяет свою электоральную поддержку. Рейтинг одобрения ее лидера Жордана Барделла, как и самой Ле Пен, достигает 36%. Однако французский суд запретил Ле Пен участвовать в выборах. Правда, она еще надеется на апелляцию.
Существует также блок левых партий «Новый народный фронт», в него входят «Непокоренная Франция», социалисты, коммунисты и экологисты. Правда внутри блока также есть разногласия по многим вопросам между ультралевыми и умеренными левыми. Блок был создан накануне прошлых выборов, которые прошли летом 2024 года.
Тогда левые и либералы центристы договорились снять своих кандидатов во втором туре в тех округах, в которых у кого-то из их представителей было больше шансов на победу. Таким образом они обеспечили тактическое преимущество над кандидатами от «Национального объединения». Большой вопрос, возможно ли повторить такую ситуацию, если Макрон распустит парламент.
Здесь стоит отметить, что все это происходит на фоне завершения эпохи Макрона, который в 2017 году собрал вокруг себя мощную коалицию политических сил. На президентских выборах он победил Ле Пен с разгромным счетом 66% против 33%, на парламентских выборах его партия «Вперед, Республика» набрала 350 мест. Для примера, у «Национального объединения» было только 8 мест, у «Непокоренной Франции» 17 мест.
Укрепление радикальных сил
Однако теперь произошло дробление политического спектра и усиление одновременно и ультралевых, и ультраправых. Традиционные умеренные партии республиканцев и социалистов теряют свои позиции соответственно на правом и левом фланге. Важную роль в этом играет то, что респектабельным центристским партиям сложно конкурировать с наступательной риторикой ультралевых и ультраправых.
При этом это стало прямым следствием политики, которую проводили респектабельные партии. Так, французов сильно беспокоит незаконная миграция. Это усиливает позиции ультраправых. В то же время во Франции традиционно сильны ожидания относительно социального государства, это усиливает позиции ультралевых. В результате умеренным партиям сложно балансировать на все более ограниченном пространстве, которое у них осталось для маневров.
Тем более, что еще предстоит раздел электорального наследства Макрона. Не совсем очевидно, сохранится ли без его участия в политической жизни проект партии «Вместе за республику», бывший «Вперед, Республика». Во Франции очень часто политики уходят из той или другой партии и создают свои. Например, бывший премьер Байру возглавляет «Демократическое движение» (36 мест), а еще один бывший премьер Эдуард Филипп партию «Горизонты» (33). Личностный фактор приносит им место в Национальном собрании и место в политике, всегда можно поторговаться за те или иные условия поддержки. Но в то же время, это снижает устойчивость парламентской системы.
Если завтра будут новые выборы, тогда возможно, что центристы, умеренные левые и правые будут слишком разделены на много небольших партий. При том, что против них будут выступать мощные силы ультраправых и ультралевых. Непонятно, как в таком случае надо формировать правительство из представителей умеренных и центра? Если же нет, то к власти могут прийти либо ультраправые Ле Пен, либо левые с преобладанием ультралевой риторики.
Экономика в стагнации
Оба варианта не помогут Франции выйти из достаточно сложного положения в экономике, в котором она оказалась. Экономический рост в стране по итогам года составит всего 0,6% от ВВП. Дефицит бюджета достиг 5,8% от ВВП и это в два раза выше существующих правил ЕС в 3%. В первом квартале 2025 года задолженность государства достигла 115,6% от ВВП (3,4 трлн. евро). Для того, чтобы продолжать привлекать ресурсы по низкой цене, Франции надо продемонстрировать тенденцию выхода их сложившегося положения. Но это очень сложно сделать в ситуации неопределенности, что сразу чувствуют рынки. Агентство Fitch в этом сентябре снизило рейтинг Франции с АА до А+, что ведет к удорожанию заимствований для этой страны.
Призрак Четвертой республики
Так что ситуация во Франции остается неопределенной. Нет никаких оснований надеяться на выход из тупика политических отношений. В том числе потому, что сильны идеологические противоречия на фоне приближения ко времени проведения президентских выборов, что составляет основу политического противостояния внутри Франции.
В этой ситуации все чаще идет речь о повторении логики Четвертой республики по Франции, которая существовала с 1945 до 1958 годы, когда сменилось 20 правительств. Ныне существующая Пятая Республика с сильной ролью президента страны должна была преодолеть хаос, когда много политических группировок ведут борьбу друг с другом. Но, похоже, она также повторяет логику противостояния тех лет.
В любом случае нестабильность во Франции создает фон для продолжения нестабильности в Европе в целом, особенно в контексте роста влияния правоконсервативных сил, выступающих против миграции и леволиберальной политики. С этим сталкиваются все правительства в Европе сегодня, но, как ни парадоксально, но именно Франция выглядит слабым звеном в этой цепи европейской демократии.