Мейрам Рыспаев — мастер из Северного Казахсттана, который владеет несколькими видами национального ремесла. По словам мужчины, умение изготавливать изделия своими руками передалось ему по наследству.
— Мой дед, а затем и отец раньше изготавливали сани и телеги. К ним приезжали с заказами даже из соседних аулов. Кроме того, они делали конскую сбрую из кожи, украшая ее серебром. Наша мать ткала алаша, вышивала, шила изделия в технике құрақ. В семье у нас четверо детей: два сына и две дочери. Все мы, как говорится, «ата көрген — оқ жонар, ана көрген — тон пішер» (прим. Ред. — «видевший отца сын точит стрелы, видевшая мать дочь кроит шубу»), то есть близки к ремеслу, — говорит Мейрам Рыспаев.
Мужчина на фото плетет аркан из конского волоса и гривы. Особенность в том, что работает Мейрам именно по старинной технологии, которой пользовались еще его предки. При плетении применяется специальный инструмент, называемый «бұрама».
Процесс выполняется втроем: мастера, натягивая скрученный волос, переплетают его. Таким образом одновременно проверяется качество изделия и регулируется его толщина. В результате получается готовый аркан.
— Аркан из конского волоса — это изделие, пришедшее от наших предков, которое ценится за особую прочность. Его изготавливают из гривы и хвоста лошади. Особенно удобен волос молодых лошадей и жеребят: он мягкий, не режет руки и очень удобен в работе. Такой аркан отличается высокой износостойкостью: даже пролежав многие годы, он не гниет. Поэтому раньше казахи использовали его для закрепления элементов юрты. Плетение аркана — работа, требующая большого мастерства. Волос смачивают водой, затем каждую прядь аккуратно соединяют с другой. Это похоже на прядение, но полностью выполняется вручную. Обычно аркан плетут длиной до 10-12 метров, — говорит Мейрам Рыспаев.
Мастер из СКО также освоил искусство плетения камчи. По словам Мейрама — это не просто бытовой инструмент, а предмет, имевший особое значение в казахском обществе.
В прежние времена люди с помощью камчи подавали знаки и даже решали спорные вопросы.
— Значение камчи очень велико. Однако об этом знают далеко не все. С помощью камчи на курултаях решалось множество вопросов. Когда на собрания собирались уважаемые аксакалы, они подавали друг другу знаки и разговаривали при помощи камчи. Споры также останавливали с помощью камчи. Аксакалы не выступали друг против друга и не повышали голос. Если кто-либо не соглашался с принятым решением, он бросал камчи в середину. Кроме того, хозяин дома, взглянув на камчи, мог многое понять о госте. Например, если человек входил, сжимая камчи в руке, это означало, что он пришел с разбирательством, если же он заходил, заткнув камчи за пояс, значит пришел в гости. А спешащий путник входил, засунув камчи в голенище сапога, — говорит Мейрам Рыспаев.
По словам мастера, каждая часть камчи имеет свое название: рукоять, головка, боковая часть, ладонная часть, плетеная часть — все они именуются терминами, унаследованными от предков.
Плетеную часть называли «шежемей». Это само по себе свидетельствует о высоком уровне порядка и культуры в быту народа.
— Камчи бывает с несколькими плетениями. Для плетения кожаные ремешки нарезают тонкими полосками. Затем, чтобы при плетении изделие получилось округлым, края полосок необходимо срезать. Во время плетения, если не натягивать каждую полоску достаточно туго, изделие получится рыхлым. Я сам для рукояти камчи чаще всего использую тобылғы (прочный степной кустарник). Он гнется, но не ломается, отличается прочностью, — говорит мастер.
Мейрам с детства, находясь рядом с отцом, освоил тонкости охоты и выделки кожи. Лисья шуба, находящаяся в доме — тому подтверждение.
Фото: Акерке Дауренбеккызы / Kazinform
— Это одна из традиционных одежд, пришедших от наших предков — лисья шуба. Существует и более ценный, крупный вид, который называют волчьей шубой. Ранее такие шубы дарили во время сватовства. На изготовление этой шубы, сшитой моей супругой, ушли шкуры 24 лисиц. В свое время я занимался охотой, однако с 2005 года прекратил это занятие. Сейчас необходимый мех я покупаю у охотников. Я сам солю его, выделываю и полностью обрабатываю, — говорит Мейрам Рыспаев.
Супруга Мейрама ага — Алия Рыспаева — также близка к искусству. С детства, находясь рядом с матерью, она освоила швейное дело, а впоследствии получила профильное образование и работала на фабрике.
После замужества Алия переехала в аул. Когда женщина освобождается от работы в больнице, она шьет изделия в национальном стиле — подушки с казахским орнаментом и различные декоративные предметы. Иногда Алия принимает заказы от частных клиентов.
Семья Рыспаевых считает своей главной целью — возрождение постепенно утрачиваемых казахских традиций. Одной из них является игра лянга. Мейрам Рыспаев изготавливает атрибуты для игры вручную и дарит их своим внукам и детям соседей. Лянга — это национальная игра, которая напоминает игру в мяч и известна еще со времен древности. Она способствует развитию ловкости и быстроты у ребенка.
— Для изготовления лянги используется овечья кожа. Важно, чтобы шерсть была длинной, поскольку во время игры она легко и мягко касается земли. Также отдельно в изделие вшивается свинец. Изготовленная таким образом лянга получается очень удобной для игры, — говорит Мейрам Рыспаев.
Семья Рыспаевых своим ремеслом не только сохраняет национальные ценности, но и передает их подрастающему поколению. Мейрам и Алия известны по всей Северо-Казахстанской области, продолжая популяризировать занятие ручным кожевенным трудом своим детям, внукам, гостям и жителям региона.